Представьте себе ситуацию, когда в мире вдруг изменились многие физические законы: не работает электроника, связь; атомное оружие стало просто бессмысленной болванкой; города, оставшиеся без снабжения, чисто физически раскололись на части и разъехались на многие километры. Более того, людей атакуют орды монстров, использующих в качестве средства нападения, защиты и маскировки настоящую магию....Начало моей книжки отстоит от этих событий уже на целых полвека. Человечество выжило и активно приспосабливается к новым условиям, начало осваивать магию. А на чудовищных магических монстров и вовсе открылась охота.
— Серега, чего встал, ехать пора! — Нетерпеливый призыв Салавата, моего лучшего друга и компаньона, оторвал меня от созерцания только что описанного мной придорожного валуна размером с нашу таратайку, только чисто по недоразумению и завышенному самомнению ее владельца зовущуюся автомобилем. И нет, я не записался в какие-нибудь там геологи или натуралисты, чтобы описанием всяких булыганов заниматься. Просто, так сказать, облегчился, сходил по маленькому. Все же мы с Самигуллиным уже четыре часа ехали по этому бездорожью, накопилось, вот и остановились на минуточку.
— Уже иду! — Прокричал я приятелю в ответ и, в самом деле, направившись в сторону нашего средства передвижения.
Однако, пусть с трудом, но разместился. Колени чуть ли не в подбородок уперлись. Говорю же, недоразумение, а не машина.
— Серега, а ты точно уверен, что в той стороне стояла деревня? — Снова, да ладом затянул свою песню мой вечно во всем сомневающийся товарищ.
— Тебе что, письменную гарантию с печатью дать? — Не выдержав, в конце концов огрызнулся я. — На карте со времен до Слияния она была. Если тут очередного вклинивания и перепутанки не случится, через час — другой сможем сами в этом убедиться.
Быть может, достойный потомок вольного племени башкиров так бы и продолжил у меня выпытывать подробности этих моих эксклюзивных знаний, но тут местность под колесами нашего пепелаца стала уж очень пересеченной, всевозможные стволы, и поваленные, и еще стоящие и шелестящие кронами так и начали нам «дорогу перебегать». Так что он заткнулся, сосредоточив все внимание на выискивании промежутков на местности, худо-бедно доступных для нашего проезда. Ну, заодно и мне дал чуточку времени для моего осмысления недавно обнаруженного феномена.
И таки это действительно был всем феноменам феномен! А просто я, в тот момент, когда опорожнял свой мочевой пузырь, вдруг отчетливо ощутил пучок магических силовых линий, выходящих из левого относительно меня края того булыгана и, соответственно, пучок их же, но уже входящих в тот же камень справа. Собственно, невыясненным оставался только размер площади покрытия этого истока магии. Ну, и еще, вид испускаемой магии… хотя… учитывая, что источник — именно камень, вариантов вырисовывается совсем немного. Помимо наиболее вероятной магии земли, сразу на ум приходит только магия иллюзий, у нее вообще по своей природе возможен любой материал истока, даже просто тени на стене.
«Так, отставить мудрствования»! — Мысленно одернул себя я сам. К чему мне знать природу магии этого камня? Все равно такую глыбу из здешней Тмутаракани в обжитые места не вывезти. Самое главное, это тот факт, что раньше за мной даже близко ничего подобного, на вроде магического зрения не водилось. Точнее, не водилось за душевным тридцатиоднолетним парнем, Серегой Лопатиным.
Спросите, какая разница, если я — он самый, Сергей Лопатин и есть? До самой последней недели, когда в очередной вылазке за ништяками нашей прежней погибшей цивилизации я схлопотал бандитскую пулю, именно так оно и было. А вот после излечения в поселке у целителей, куда Салаватик доставил практически уже мою бездыханную тушку, начали у меня возникать кое-какие сомнения. Причем, чем дальше — тем больше. Вдруг начали всплывать кое-какие навыки, которых у меня отродясь не водилось. К примеру, внезапно, при разглядывании шильдика на притащенном из похода горном велосипеде с напрочь окаменевшей и потрескавшейся резиной на покрышках, всплыло знание английского языка. Тоже очень полезное и редкое по нынешним временам знание. Не как тот же магический взор, конечно, тот вообще для людской расы, в отличие от монстров, — что-то очень редкое, почти уникальное, но все же, все же.
И самое заморочное тут то, что даже на соседа-студента, вслух изучавшего этот язык в бытность мою еще ребенком, знание английского языка в этот раз не спишешь. Не осталось в нашем мире студентов, да и английский язык на территории бывшей Иганской области вот уже почитай полсотни лет, как никто не учит. И кстати, откуда в моей памяти эта занятная история с голландским подростком, после проведенной после травмы операции на… колене на пару дней заговорившим вместо родного языка исключительно по-английски? Те же пятьдесят лет уже нет ни Голландии, ни Соединенного королевства. Касательно Британских островов вообще неизвестно точно, что они сохранились.
— Черт, Серега! Ты прав, братан! — Вывел меня из моего сеанса самокопательства восторженный возглас друга. — Вот она, старая деревня! И смотри, некоторые каменные дома совсем практически не разрушены! Дай бог, чтобы мы тут первыми за пятьдесят лет оказались!
И таки деревня, точнее фасад самого ближайшего здания, с выложенными на нем белым кирпичом на фоне обычного, красного, двумя задорными петушками, предстал перед моими глазами во всей своей первозданной красоте.
