Сталкер поднял руку, показывая ей, чтоб молчала, и замер в напряженной позе. Урча и бурча, земля покачивалась, шла мелкими трещинами, трава шевелилась.
- «Брюхо», - сказал Цыган, делая осторожный шаг. - За мной иди, вперед.
- Брюхо? - обескураженно повторила Настька, неловко шагая следом. - Вправду, как по брюху идешь… И вроде, - не сдержавшись, она хихикнула, - вроде у него несварение желудка, расстройство, у этого брюха.
- Ага, смотри, чтоб у него понос не начался, - пробурчал сталкер, не видевший в ситуации ничего смешного.
Утробные звуки из-под земли стали громче, почва покачивалась и вздрагивала. Цыган шел, как моряк по палубе корабля в легкий шторм, Настька ковыляла за ним, широко расставляя полусогнутые ноги. В какой-то момент качнуло так, что она чуть не упала, ухватилась за спутника сзади и чуть не опрокинула его. Она ожидала, что Рамир сразу рассердится, как Лесник, но он лишь пробормотал:
- Осторожно, осторожно…
Что-то было с ним не так, Настька чувствовала это - новый проводник будто смущался, как если бы… как если бы ощущал себя виноватым перед ней, вдруг поняла она. Но почему, из-за чего? Ведь он, наоборот, ее спас и решил не убивать! Рамир не обманывал, она чувствовала - он не станет ее трогать…
Снизу донеслось протяжное клокотание, потом что-то громко булькнуло.
- Дядя Рамир… То есть Рамир! - позвала она, цепляясь в его ремень. - Да что же это такое?
Не оглядываясь, он пожал плечами.
- «Брюхо», так называют.
- Но что это за «Брюхо»?
- Не знаю. И никто не знает, по-моему. Это же Могильник, здесь все еще более странное, чем в Зоне вокруг. Что-то там живет в земле… Или, может, сама земля изменилась из-за аномальной энергии? Может, прямо под нами когда-то что-то закопали большое, и потом оно… оно…
- Ожило? - предположила Настька. Он вновь пожал плечами.
- Может, и не ожило в нормальном смысле, а как бы… Или вообще в другом дело. Земля ведь вся из жизни состоит, почва то есть, понимаешь? Там же сплошные червяки, бактерии, всякие эти… коловратки, жучки, микрофлора… Вот я когда-то и подумал: может, если аномальная энергия это все пропитала, то она, жизнь эта вся разрозненная, как бы слиплась, видоизменилась, ну и стала такой… - он замолчал.
- Ну? - Настька даже подпихнула Рамира в спину, так ей было интересно, что он дальше скажет.
- Ну, в общем, она стала в целом живой и как бы разумной. Вернее, с инстинктами…
- Вся… вся земля? - прошептала она.
- Не вся земля по всей Зоне, а на определенном участке. Кусок, по которому мы сейчас идем. Как бы такой… организм.
- И он может нас съесть? - заключила она. - Переварить?
- «Брюхо», в общем, не опасно. Ни разу не слышал, чтобы оно напало. Но если в этом месте остаться надолго, заснуть, то… Черт его знает, что может произойти. Может, постепенно погрузишься в почву, и она тебя… ну да, может, переварит?
Девушка поежилась, услышав о такой перспективе, и пошла быстрее, подталкивая спутника. Еще с минуту из-под ног доносилось утробное клокотание, земля перекатывалась пологими мягкими волнами, а потом все стало как обычно - они миновали район «Брюха».
- Фухх… - протянул Рамир, проводя рукой по лбу. - Говоришь, не собираешься тут жить? Мне и самому Зона поперек горла.
Он ускорил шаг, стараясь не смотреть на Настьку, чтобы не видеть ее доверчивого взгляда. Спросил:
- Так для чего ты в Бобловку идешь?
- Я не сама иду, меня ведут, - вздохнула она.
- Ну и для чего ведут?
- Не знаю.
Рамир шевельнул бровями, размышляя.
- Ну хоть разговоры ты какие-то слышала тех, кто тебя в Зону привез? Они что, ни словом не намекнули?
- Да в том-то и дело, что нет! Ты как Лесник, он тоже все выспрашивал. А я… - Настька развела руками. - Ну, не знаю я ничего, и они ничего такого не говорили. Вот просто идем в село - и все тут. А я не против, я Борга хочу увидеть.
- Это кто еще?
- Да это… - она несмело улыбнулась. - А ведь получается, что я и этого не знаю. В детстве мы дружили, он в подземельях жил, я туда спускалась, мы разговаривали. Только он невидимый, потому я и не знаю, как он выглядит. Борг, ну… Он мой друг. Единственный в жизни. Когда его вспоминаю, у меня почему-то в сердце колет. Я очень хочу его увидеть теперь, когда взрослая стала. Потому что теперь, наверное, смогу понять, кто он, разобраться. А то у меня будто тайна была в детстве, которая до сих пор тайной осталась, о которой думаю постоянно: кто такой Борг? И мне его жалко.
- Почему жалко? - спросил внимательно слушавший Рамир.
- Да потому, что он живет там, в этих подземельях, один… Сколько лет уже? Там же угрюмо так, мрачно. И он один. Я бы… я бы теперь вытащила его оттуда, помогла бы.
- Он для тебя как принц, - догадался Рамир. - А? Как этот… из «Аленького цветочка». Смотри, чтобы и Борг не оказался чудовищем.
Против обыкновения, Настька не стала возмущаться из-за такого предположения, а задумалась над ним и надолго замолчала. Они обогнули высокие заросли, поднялись по склону невысокого холма.
- Далеко нам идти? - спросила девушка. Рамир быстро покосился на нее, отвернулся…
И наткнулся взглядом на срез стволов охотничьего ружья.
