– Да, я так и понял, – отозвался Ирвин. – Скажи на милость, с чего ты взяла, что осталась одна? Я с твоей точки зрения в счёт не иду? Я ведь специально добился того, чтобы тебя определили именно ко мне. Чтобы никто не смог нанести тебе обиду. Чтобы иметь возможность тебя защитить. А не затем, чтобы воспользоваться ситуацией, как ты тут вдохновенно намекаешь.
Я почувствовала, что снова краснею. В глаз попала ресница, и я подняла голову, пытаясь её вытащить. Ирвин выпустил меня из объятий, встал с кровати и прошёлся по комнате.
– Не стану скрывать, – заявил он затем, разворачиваясь ко мне, – я надеялся на то, что воспользоваться этой ситуацией в конечном итоге удастся. Что в этом предосудительного?
Я отчего-то засмеялась сквозь слёзы, с такой уверенностью в собственной правоте было высказано это признание. Действительно, что тут предосудительного?
– В конце концов, я мужчина, – продолжил Ирвин, если и смутившийся моей реакции, то не подавший виду. – А ты – понравившаяся мне женщина.
Я тоже поднялась, шагнула Ирвину навстречу, положила руки ему на плечи.
– Насколько понравившаяся?
Я не дала ему ответить, встав на цыпочки и прильнув губами к его губам. Руки Ирвина обхватили меня за талию.
– Безумно, – выдохнул он, снова целуя меня в губы.
На этот раз я сама потянула его к кровати.
– Потом опять станешь упрекать меня чёрт знаешь в чём? – осведомился он.
Руки с моей талии, однако же, не убрал.
– Не стану, – пообещала я. И, лукаво улыбнувшись, добавила: – Всё равно ты уже во всём признался.
Он снова не снял рубашку. Я попыталась стянуть её сама, но в тот момент Ирвин отвлёк моё внимание, а повторять попытку вторично я не стала. Впрочем, обвив руками его спину, откинув голову назад, до боли прикусив губу, я не слишком задумывалась о том, снял ли он с себя тот или иной предмет одежды.
– Просто не уходи, – прошептала я, запуская руки ему в волосы.
– Не уйду, – выдохнул он, передвигаясь чуть ниже, чтобы поцеловать мою шею.
Больше я ни о чём не думала.
И только потом, лёжа с Ирвином рядом, переплетя с ним руки, я всё-таки спросила:
– Что будет дальше?
Я имела в виду всё сразу – и мой плен, и то, что он – тъёрн, а я – человеческая женщина, и, может быть, что-то ещё.
– Ничего плохого, – откликнулся Ирвин. – Ещё неделя, от силы – две, вопрос с Монтарией как-то решится, и тебя выпустят. Ты, конечно же, захочешь немедленно уехать из Истендо, а скорее всего, и из страны. А учитывая твою гордость, думаю, ты и вовсе вознамеришься никогда сюда не возвращаться, чтобы земля Линзории не касалась твоих ног.
Я усмехнулась. Признаться, такие мысли меня уже посещали.
– Моей же задачей, – продолжал Ирвин, – станет найти способ убедить тебя остаться.
Я удивлённо повернула к нему голову и приподнялась на локте.
– Какой это? – подозрительно спросила я.
– Давай подождём, пока тебя выпустят, – не пожелал отвечать Ирвин. – Будем решать проблемы по мере поступления.
– Ну ладно.
Не став настаивать, я снова легла и придвинулась к нему поближе. На данном этапе мне было достаточно того факта, что он хочет, чтобы я осталась.
Тиканье часов постепенно пробилось в моё сознание сквозь шум нашего с Ирвином дыхания. Достигнутое с немалым трудом состояние умиротворённости грозило в любую секунду сойти на нет.
– Ты снова уйдёшь? – спросила я, глядя в сторону.
– С чего ты взяла? – удивился он. – Мне и здесь хорошо. Или моё присутствие тебе уже надоело?
– Вот только не надо морочить мне голову, – недоверчиво поморщилась я. – Ты что же, собираешься спать одетым?
Покосившись на Ирвина, я увидела, как он поджал губы, тоскливо на меня посмотрел – мол, что с тобой, такой мнительной, поделать, – после чего поднялся с кровати.
Уйдёт?
Но нет. Задув горевшие до сих пор свечи, Ирвин расстегнул рубашку и бросил её на стул возле кровати. В растекшейся по комнате темноте я могла видеть только его силуэт.
– Так хорошо? – язвительно осведомился он, укладываясь в постель рядом со мной.
– Угу, – пробормотала я, прижимаясь к нему поплотнее.
Это была моя первая ночь в доме Ирвина, которая прошла спокойно.
Проснувшись на следующее утро, я, как и все последние дни, не сразу сориентировалась, где нахожусь. Организм словно включил специальный механизм защиты, позволяя мне полностью забывать о свалившихся на голову неприятностях хотя бы во сне.
Сообразив, что происходит и чем закончился вчерашний вечер, я резко подскочила на постели. Ушёл? Рука Ирвина тут же легла мне на плечо.
– Что-то случилось?
Я покачала головой и с чувством облегчения откинулась обратно на подушку.
– Доброе утро!
– Доброе утро!
Ирвин склонился к моим губам.
– Давно проснулся? – спросила я.
– Только что.
Он соскочил с кровати и первым делом взял оставленную вчера на стуле рубашку. Продев руки в рукава, начал застёгивать пуговицы. При этом он в основном стоял ко мне спиной, но в процессе повернулся боком.
– Что это? – нахмурилась я.
– Ты о чём?
