Когда мы, неизвестно зачем, все-таки вышли на берег, выяснилось, что гулять придется в полной темноте. Тонкий луч прожектора освещал метров тридцать вокруг, как раз тот промежуток, что мы видели с балкона, остальная часть побережья была абсолютно темной, вплоть до следующего отеля, который, если верить свету вдалеке, находился километрах в трех от нас. Как только мы ступили на влажный песок, что-то нервно зашуршало под ногами. Одновременно с недружелюбным шебуршанием выяснилось, что пройтись вдвоем нам все-таки не удастся. От спасательной будки отделились две тени охранников и потрусили за нами, закуривая на ходу сигарету.
– Алис, погоди, нам что-то сказать хотят. Наверное, здесь нельзя так поздно ходить.
Но едва мы остановились, как те тоже застыли, да еще и отвернулись.
– Гм, очень странно, – сказала я, продолжая двигаться в темноту.
– Они просто нас сопровождают, но не подходят, – прошептала Алиса.
Я еще пару раз оглянулась. Что-то в их движении вызвало у меня беспокойство.
– Дорогая, – позвала я и остановилась.
Охранники, как и в прошлый раз, застыли. На долю секунды свет их ручного фонарика выхватил из темноты фигуру, крадущуюся за нами вдоль зарослей.
– Эй, стой! – крикнула я, совершенно не думая о последствиях, и показала в сторону притаившегося неизвестного. Как ни странно, сторожа оказались не полными идиотами: один из них тут же развернул фонарь в указанную сторону, другой успел выхватить из кобуры пистолет и наставить на тень. Та тоже повела себя неожиданно: вместо того чтобы быстро прыгнуть в кусты – а охранник вряд ли стал бы стрелять, – прямо на нас с поднятыми руками вышел молодой человек, оказавшийся вторым племянником Лю-Димы. Двигаясь боком, он принялся что-то бормотать. Я показала охранникам большой палец, крикнув, что все в порядке, и поманила брюнета к себе, Алиса демонстративно похлопала его по плечу. Но, несмотря на всю эту театральщину, охранники, насупившись, все равно продолжали идти за нами метрах в тридцати.
Реабилитированный таким образом брюнет начал махать руками, отчаявшись что-то нам объяснить. Он показал на рацию, потом в сторону отеля, где вся наша компания осталась на ночь и, видимо, решила за нами следить.
– Нет, нет, никому звонить не надо, – сказала я, но, сообразив, что только что трясла головой в жесте «да», окончательно запуталась и, несколько раз скрестив руки на груди, понадеялась, что хотя бы это было понятно.
Тогда же стал ясен источник шума под ногами – весь берег заполняли бледно-желтые крабы, которые в темноте едва успевали уворачиваться. Как только на них направляли луч света, они мгновенно зарывались в песок. Набегающие волны их нисколько не смущали, мерзавцы ухитрялись разрывать себе норы даже под водой.
– Смотри-ка сколько, а нам ни разу за ужином не предложили крабов. Безобразие.
Я повернулась к брюнету и показала вниз. Он удивленно выпучил глаза, на что я схватила воображаемого краба рукой и сделала вид, что ем его ложкой. Брюнет брезгливо посмотрел под ноги, потом слегка раздвинул пальцы, показав, что крабы слишком маленькие, и пренебрежительно сплюнул в песок.
– Маленькие… Сантиметров пятнадцать-то же в них есть. Видел бы ты наших раков, – пробормотала я.
Зазвонил мобильный. Охранники сзади вздрогнули от его звука. Для ланкийцев они вообще казались крайне нервными.
– Как ваши дела? – серьезно сказал в трубку Олег Викторович.
– Нормально, – ответила я, перекрикивая шум волн.
– У вас в программе изменения. Госпожа Вандельхох предлагает встретиться послезавтра. И сделать это в более демократичном месте. Я уже сообщил Лю, он отлично знает, где это, да и вы, наверное, видели.
– Хорошо, – согласилась я и, услышав название отеля, поперхнулась. – Хорошо, завтра с утра туда и поедем. До свидания.
– Госпожа Вандельхох предлагает встретиться послезавтра в более демократичном месте, – повторила я Алисе, сворачивая обратно к отелю. – Как ты считаешь, место, где номера стоят пятерку за ночь, можно назвать демократичным?
– Ты ничего не понимаешь. Первый отель был маленький и закрытый, второй – сетевой, шляются вокруг все, кому не лень. Конечно, он для нее очень демократичный.
Как только мы вступили на освещенную территорию, сопровождавшие нас охранники вздохнули облегченно и тут же, казалось, потеряли к нам всякий интерес. Брюнет выполнил свою миссию до конца и проводил нас до номера, недоверчиво поглядывая, а не рванем ли мы куда-нибудь снова.
– Нет, нет, селянка свободна, – успокоила я его, махнув на прощание.
– Слушай, мне прямо не верится, что мы через два дня увидим эту старую ведьму, – сказала Алиса, запирая дверь.
– Честно говоря, мне тоже. – Я аккуратно разлила найденный в мини-баре виски по стаканам. В итоге мы снова уселись на балконе, откуда нам и не стоило уходить.
– А пляжи-то здесь не такие широкие, как в Доминикане, – заметила Алиса, стряхивая с себя остатки песка, – и не такие белые.
– Да, пожалуй.
