Охотники за партизанами. Бригада Дирлевангера полностью

Готтберг, однако, поправился. В 1939 г. его назначили начальником управления по землеустройству в Праге. Находясь на этой должности, он оказался замешан в финансовых махинациях, о чем поставили в известность начальника РуСХА — Понтера Панке, который отстранил его от обязанностей и угрожал заключить в концлагерь. Готтбергу запретили занимать руководящие должности и посадили под домашний арест. 1 октября 1940 г. дисциплинарное дело было прекращено. Суд вынес оправдательный вердикт, учитывая прежние заслуги штандартенфюрера СС[373].

Готтберга назначили начальником учетного управления в Главном управлении СС (получил звание бригадефюрера СС и генерал-майора полиции). В его обязанности входило рассматривать заявления на прием в СС. Хотя эта работа была малоперспективной, она позволила приобрести крепкие связи с Бергером и заручиться его поддержкой. Бергер, ставший в июле 1942 г. личным представителем Гиммлера в Министерстве занятых восточных областей, все активнее влиял на оккупационную политику в СССР. Именно Бергер ходатайствовал перед Гиммлером о назначении Готтберга на должность начальника СС и полиции Белоруссии, заменив на этом посту Вальтера Шиману. Вместе с тем начальником учетного управления в Главном управлении СС назначили бригадефюрера СС Карла Ценнера, также ранее исполнявшего обязанности руководителя СС и полиции в Белоруссии. Путем этой перестановки Бергер усилил свои позиции, а заодно получил контроль над вопросами антипартизанской борьбы на Востоке[374].

Готтберг был откомандирован в распоряжение фон дем Баха в октябре 1942 г. В следующем месяце он принял должность начальника СС и полиции в Генеральном комиссариате Белоруссия («Вайсрутения»). Бывший начальник учетного управления обещал Гиммлеру, что будет беспощадно бороться с «бандитизмом». В ноябре 1942 г. для уничтожения «народных мстителей» было сформировано оперативное соединение — боевая группа «фон Готтберг», куда включили 1-ю мотопехотную бригаду СС, 14-й полицейский полк, группу прикрытия «Баркхольт» (Sicherungsgruppe «Barkholt») и два батальона вспомогательной полиции. В последующем состав оперативного соединения неоднократно изменялся, но основу его всегда составляли части полиции и коллаборационистские полицейские формирования[375].

Историк П. Лонгерих отмечает, что осенью 1942 г. в Белоруссии — в лице фон дем Баха, фон Готтберга и Дирлевангера — сложился своеобразный триумвират, ответственный за «борьбу с бандами». Взгляды этого трио на антипартизанскую войну, оформившиеся на основании распоряжений Гиммлера и Бергера, были во многом идентичны. В основном они базировались на стратегии «устрашения», тактике блокад и частых ударов из гарнизонов. Команде Дирлевангера отводилась далеко не последняя роль в выполнении задач по усмирению «бандитских областей» (Bandengebiete).

Со 2 по 5 сентября 1942 г. штрафное формирование принимало участие в операции «Северное море» (Nordsee). Она проводились восточнее шоссе Старый Быхов — Рогачев (Быховский район Могилевской области). Совместно с браконьерами действовали подразделения 14-го полицейского полка. Из журнала боевых действий фон дем Баха видно, что операция «Северное море» была вспомогательной, в то время как основная акция, называвшаяся «Бреслау I» (Breslau I), проводилась в том же районе с 1 по 7 сентября 1942 г. подразделениями 13-го и 14-го полков полиции. Личный состав полицейских частей уничтожил 187 «бандитов», потеряв пять человек убитыми и 10 ранеными[377].

По окончании боевых действий проводилась «зачистка» Быховского района. 8 сентября штрафники под командованием гауптштурмфюрера СС Ганса-Георга Вебера обнаружили большой партизанский лагерь. Лагерь был блокирован. В ходе боя было убито четыре партизана и расстреляны три женщины. Эсэсовцы захватили один станковый и один ручной пулеметы, девять винтовок, 500 ручных гранат, примерно 1000 мин, четыре центнера взрывчатых веществ, хранившихся в пакетах. Были обнаружены, кроме того, землянки с вещевым имуществом и запасами продуктов. Все сооружения в лагере были сожжены, а взрывчатые вещества, гранаты и мины вывезены в безопасное место и уничтожены. Один из «бандитов», захваченных в плен, показал, что в лагере жили диверсанты, выходившие с минами на шоссейные дороги[378].