— Мне рассказывала бабушка, из деревни, что в старину, некоторые знахарки могли отводить глаза. Смотришь на нее в упор, а не видишь.
Олег с энтузиазмом подхватил тему.
— Если подумать, то это вполне возможно. Обычно, мы, люди не замечаем множества, как мы считаем, ненужных деталей, видим, к примеру, главный объект, а остальное все ускользает от нашего внимания. Достаточно обладать, той же знахарке, небольшими экстрасенсорными способностями, и она вполне может переключать наше внимание, так как ей угодно. Буквально, отводить глаза.
Ринат опять взял бразды правления коллективом в свои руки.
— Ладно, страшная история на ночь рассказана, значит, пора идти ложиться спать. Девушки, добро пожаловать в газель, а мы, мужчины, прекрасно выспимся в этой армейской палатке.
— Ну, нет. Давайте спать все в одном месте. После ваших карликов невидимок, нам будет одним страшно.
За всех девчонок высказалась Маша. За всех мужчин высказался Олег.
— Хорошо, палатка рассчитана на шестнадцать человек, тесно не будет. Давайте, первые два часа дежурю я, потом, Ринат, ты. Ну а дальше Леха.
Пока девчонки перенесли спальники из газели в палатку, Олег подкинул пару дровишек в костер. К нему подсел Ринат.
— Олег, — чуть слышно начал он.
— У меня такое предложение, завтра днем соберемся и уедем. Отвезем девчонок домой, потом вернемся сюда через два дня и доделаем работу. Как то мне тревожно, на душе не спокойно.
— Ринат, скажи, а что это за заказчик такой, на кого мы работаем?
— Самое странное я его не помню, точнее, помню, но смутно.
— Тут помню, тут не помню, так что ли?
— Да, тут помню, тут не помню. Ну, мужик был какой-то. Потом по электронике прислали договор, деньги перевили в тот же день, все сто процентов, на мой счет.
Олег пошерудил дрова палкой в костре. Потом стукнул ей по головешкам, и из костра полетели искорки.
— Заказчик переводит все сто процентов, выполним мы работу, не выполним, его не волнует. Далее за нами следят. Кто знает, что мы здесь? Только этот необычный заказчик. Значит что? Это ловушка.
Ринат кивнул, соглашаясь со всем, что сказал ему друг. И так же принялся размышлять.
— Карлик невидимка? Карлик, который умеет отводить глаза, так как обладает экстрасенсорикой.
— А почему, собственно говоря, карлик. Маленькая нога? Это может быть девчонка. Девчонка — экстрасенс. И мы знаем одну такую девчонку, голубые невинные глазки.
— С которой лучше вообще не встречаться. Неужели опять этот Шурик и компания. Но зачем? Вспомни, как они примчались в больницу, как они помогали вернуть твою бабушку. Кстати, почему не получилось вернуть ее к жизни?
Олег опять стукнул палкой по головешкам в костре.
— Почему? Тогда в больнице, эта необычная компания, с вашей помощью, вывела меня в астрал. Я встретился с бабушкой, но она отказалась сама возвращаться. Что ее тут держало? Я вырос, а там, на том свете ее ждал дед, которого она двадцать лет не видела. Наверное, это лучшее, что я сделал для бабушки, я не стал удерживать ее в этом мире, потакая своему эгоизму.
Ринат поднял голову к небу и посмотрел почему-то на луну, и сказал.
— Все равно я не вижу смысла Шурику и его компании загонять нас в ловушку, в эту глухомань. Между нами мир.
— Может быть, мы еще кому-то перешли дорогу? Может быть, у нас появились конкуренты?
Олег спросил скорее себя, нежели Рината.
— А помнишь тот пацанчик на дискотеке, который кричал что мы трупы. У него богатенький папик. Все, я спать, завтра уезжаем, и пока не переговорим с заказчиком, сюда не вернемся.
— Сменишь меня через два часа, — сказал Олег на последок.
Пока Олег и Ринат секретничали у костра, в палатке Леха и его подружка Маша уже видели десятый сон. Они удобно разместили в двухместном спальнике. Юля перед сном подошла к Веронике.
— Вероника, прости меня. То, что я сказала, про вашу разницу в возрасте, это низко. В меня как будто вселилось маленькое злобное существо. И когда в поле, помнишь, меня душил кашель, мне показалось, что это существо из меня вывалилось. Я понимаю, что мои оправдания тех гадких слов слишком фантастичны, но ты знай, я сама казню себя за свои мерзкие слова.
— Знаешь Юля, а ты ведь в чем-то права. Наши отношения с Ринатом бесперспективны. Ты же мне сказала то, что я часто говорю сама себе.
— Нет, нет, нет. Это ложь. Счастье, у которого нет будущего, это тоже счастье, и возможно оно даже ценнее, чем супер перспективное счастье. И потом время покажет, что перспективно, а что нет.
— Я как-то думала об этом. Был у меня давно, мимолетный курортный роман, всего два дня. А воспоминания о нем остались сочными и яркими на все мною пока прожитые годы. С мужем же мы прожили семь лет, и никаких воспоминаний.
