Он предупредил, что меня так или иначе ждет интервью. И если сообщить о Гончих прямо в интервью, это будет сенсация. К тому же мой невидимый враг может занервничать и обнаружить себя. Я подумала, что в принципе он прав. Попробовать стоит. Поэтому я его послушалась.
– Гончие Охотницы Карли… – растерянно повторила Гейл. Хваленая выучка и хладнокровие чуть не подвели ее. Она поднесла левую ладонь к уху. – Ну что же, Радка, ты определенно виртуоз сенсаций!
Пожав плечами, я махнула в сторону Гончих:
– По-моему, они такие же, какой была Охотница Карли. Они, как и Карли, исполнены решимости защищать цивов. И они разглядели ту же решимость во мне.
Гейл тем временем совладала с удивлением:
– Но ты ведь в курсе, что Гончие не участвуют в испытаниях? Это что-то для тебя меняет?
Я покачала головой:
– Быть Элитой – значит уметь действовать в условиях, когда ты и стая разделены. Эти испытания не для Гончих: мы и так знаем, насколько они хороши в деле. Это мои испытания.
– Уверена, что ты еще удивишь нас! – просияла Гейл. – Помнится, я предсказывала, что ты кладезь сюрпризов, еще когда впервые представляла тебя в новостях!
– И ты оказалась совершенно права, Гейл, – отозвалась я с легкой улыбкой.
Она тут же растаяла. Уж наверняка репортеры падки на лесть, как и все люди.
– Надеюсь, твои будущие сюрпризы сослужат тебе хорошую службу, Охотница Рада! Удачной Охоты тебе на испытаниях. С нами беседовала Охотница Рада Чарм. Гейл Пирс для «Новостей Пика».
Камеры упорхнули, и Пирс наконец выключила режим безграничного обаяния.
– Отличное интервью, Охотница. И спасибо, что приберегла свой маленький сюрприз для меня, – сказала она.
Положим, ничего я для нее не приберегала, но ей это знать необязательно.
– Всегда рада помочь, – просто ответила я.
Гейл посмотрела на меня с любопытством.
– То есть ты это серьезно? – удивленно уточнила она.
– Это то, что мы делаем, – убежденно ответила я. – Мы, то есть Охотники. Мы помогаем.
Она недоуменно моргнула, словно не зная, что сказать. И наконец выдала:
– Ты очень похожа на дядю.
Она произнесла это не восхищенно, а скорее досадливо. Ну и пусть. А я решила считать это комплиментом.
– Надеюсь, что похожа, – кивнула я и глянула на перском. – Кажется, мне пора.
– И правда. – Она выловила из воздуха последнюю камеру и затолкала ее к себе в сумку. – Удачи на испытаниях. Пику нужна такая Элита, как ты. – И, сказав это, она как будто сама себе удивилась.
Спустя несколько минут я уже шла по пути, указанному перскомом. Я миновала раздевалку и прошла по коридору, который вел прямо на идеально ровную арену. Ну, то есть это место обычно служило идеально ровной ареной.
На мне было Охотничье обмундирование и полный боекомплект. Мы с Джошем и Марком прилежно проштудировали все протоколы испытаний, строчку за строчкой. И пришли к двум выводам.
Во-первых, весь боекомплект, до мельчайшего шпунтика, должен быть водонепроницаемым. Потому что в протоколах много говорилось о плавании. А во-вторых, надо запастись кучей пакетиков с питательной едой, богатой сахаром и протеином. Каждый пакетик на один укус. Не самая вкусная еда на свете, но она мне будет нужна дозарезу.
Я вышла из коридора на свет. В общем и целом я представляла, что́ меня ждет. Это будет некое количество заданий. Но мне не дадут возможности поразмыслить над каждым сколько душе угодно. Действовать придется с лету и реагировать мгновенно. Динамик, который здесь, вероятно, использовался для разных больших спортивных мероприятий, ожил. «Приступай по готовности, Охотница», – донеслось из него. Голоса говорившего я не узнала.
Передо мной простиралась полоса препятствий. Ну, не такая, как в спортивных состязаниях, конечно. «Серия опасных препятствий» – так это называлось официально. И плюс время. Испытания ограничены по времени. Как только я приступаю, таймер начинает отсчитывать минуты. И если я не уложусь до финального щелчка… ну, значит, я провалилась.
Первым испытанием была тропа, по которой мне полагалось добежать до безопасного места. Тропа вилась спиралью, убежище находилось в середине. Вот тут мне и пригодятся пакетики с едой. Я же буду тратить энергию. Целые миллионы калорий.
На самом деле кое-что не давало мне покоя. С Джошем и Марком я этим не поделилась: они бы хором стали меня отговаривать от испытаний.
Велика вероятность, что на испытаниях можно подстроить какую-нибудь гадость. Скажем, заложить мину. Тот, кто провел в водосток вампира, без труда протащит на стадион каких-нибудь тварей. И будет у меня еще пара-тройка препятствий – и не просто опасных, а смертельных.
Передо мной вилась зеленая дорожка с рядами кустов и деревьев по обочинам. Игра в вышибалы – вот что меня ждет. В кустах и деревьях засело то, от чего мне предстоит уворачиваться. И возможно, что-то засажено туда моим врагом. Я старалась об этом не думать. Уворачиваться я буду зрелищно, поэтому камер тут наверняка видимо-невидимо. «Ну ладно, – сказала я себе. – Чем это отличается от Охоты? Ничем. Шевели мозгами, и все». Я набрала в грудь побольше воздуха и побежала.
