— Его не существует, — коротко ответила она.
— Как это понимать?
Она посмотрела ему прямо в глаза.
— Так уж случилось, что это слово мне действительно нравится. Мне хотелось сохранить его для человека, которого я полюблю. Ты таковым не являешься.
Испытав облегчение, что другого в ее жизни не существует, он тут же пришел в ярость — как она могла отвергнуть его, Мэтью, да еще так грубо. Кто-то должен преподать урок Оливии Шелл. Возможно, он сам этим и займется.
— Ты вроде собиралась сегодня нанести визит адвокату? Проследи, пожалуйста, чтобы мои интересы не пострадали, а когда закончите, захвати с собой контракт. Я встречу тебя, и мы посмотрим его вместе.
— Очень хорошо, — сказала она.
Смех ее растаял, словно его и не было.
Мэтью сел напротив и налил себе кофе.
— Какие новости из мира бизнеса? — спросил он.
Мир бизнеса. Чего ему еще не хватает? Крупная фигура Мэтью дышала уверенностью и силой, мускулы рук перекатывались под кожей при движении. Ей захотелось броситься на него, повалить и зацеловать до бесчувствия. Он потянулся за газетой.
— A-а… пожалуйста, — буркнула она и швырнула в него пачку газет.
— В чем дело?
— Я… я пыталась составить список гостей, — растерянно пробормотала она. — Я даже не знаю, где живут твои родители.
— Мой отец умер.
Лицо у него сделалось замкнутым.
— Когда он умер?
— Тебе не обязательно…
— Мэтью, в субботу мы поженимся, а я не знаю о тебе элементарных вещей!
Кроме того, что, когда ты целуешь меня, я распадаюсь на атомы, мысленно добавила она.
— Мать бросила отца, когда мне было семь лет. После серии громких романов она вышла за французского графа, который живет в замке на Луаре, и с тех пор я ее не видел. Отец умер, когда мне было девятнадцать, и я принял на себя управление делами. У меня есть сестра Стелла; она моложе меня на пять лет, живет в Белфорде, счастлива в замужестве. Ее муж, лишенный честолюбивых амбиций адвокат, практикует в сельской местности. У них двое детей и третий на подходе.
Если не считать сестры, в его краткой биографии полно пробелов, подумала Оливия. Интересно было бы заполнить их.
— Я даже не знаю, сколько тебе лет.
— Тридцать семь. А тебе?
— Двадцать семь. — Чувство юмора в ней одержало верх, и она обезоруживающе улыбнулась. — Какой-то дурдом, правда?
— Да, другого слова не подберешь… Мне нравится твое платье. — Может, она специально для него выбрала?
— Я переоденусь, когда пойду к адвокату. Пожалуй, сделаю это прямо сейчас, чтобы сэкономить время. — Дав ему адрес адвоката и договорившись о времени встречи, она бросила ему: — Пока! — И заторопилась в дом.
Вовремя она ушла, а то повалила бы его сейчас прямо на траву, чтобы заняться любовью. Не могла же она это допустить. Ей еще надо навестить отца, переодеться и привести в порядок свои записи. И никакого секса! Она поручит адвокату поместить эти слова в верху каждой страницы контракта крупными буквами.
К каменному фасаду адвокатской конторы «Джордаш, Харрис и Уильямс» Оливия подъехала слишком рано. Она перешла улицу и зашла в маленькое кафе, где заказала кофе со сливками, и только достала свои записи, чтобы просмотреть их, как услышала мужской голос:
— Оливия! Какой приятный сюрприз!
Она быстро запихнула бумаги обратно в сумку.
— Мелвин?
Он неожиданно поцеловал ее прямо в губы.
Оливия дернула головой и с трудом подавила в себе желание вытереть губы.
— Я приехала вчера. Выхожу замуж.
Улыбка исчезла с его лица, светло-серые глаза стали холодными как зимнее небо.
— Замуж? И кто же этот счастливчик?
— Мэтью Бертрам, который флот Бертрама.
— Ты поражаешь меня! Бертрам? Он ведь убежденный холостяк.
— Мы встретились в Хиброне и полюбили друг друга, — сказала она для ясности. — Как в кино.
Верхний свет упал на ее щеку.
— Похоже, он добился этого побоями, — ухмыльнулся Мелвин.
— Это ты пытался добиться любви побоями, — ответила она.
В тот вечер, когда она в последний раз видела Мелвина, он ударил ее по лицу, оцарапав ей щеку кольцом-печаткой. Неужели она никогда не забудет того злополучного вечера?
Она только что закончила колледж и вместе с подругами собиралась пойти на вечеринку, когда объявился Мелвин. Он сказал, что нашел адрес на ее последней рождественской открытке. Ей было приятно его видеть, все-таки знакомое лицо. Подростками они встречались несколько раз с полного одобрения ее отца Оливия, ни на минуту не задумываясь, по-дружески пригласила его на вечеринку, где пиво и вино лились рекой.
Потом Мелвин проводил ее до квартиры. Его поцелуй на прощание она восприняла как продолжение вечеринки. Но он быстро превратился в более требовательный, а ее сопротивление лишь разгорячило Мелвина. Он стал срывать с нее одежду, лапать. Она в панике отбивалась. Не в силах вырваться из его рук, она закричала, и он ударил ее по лицу. К счастью, ее подруга, жившая в квартире напротив, тоже вернулась с вечеринки и пришла ей на помощь.
Оливию передернуло, как всегда, когда она вспоминала об этом. Видимо, это отразилось на ее лице.
