— Вот ты, такой умный, и иди! — сказали другие мальчишки.
— Кто забил, пусть тот и идет! — сказал Коля, поглядывая на Серегу. Да и так было ясно, что идти Сереге.
Серега встал, пошмыгал носом и пошел к проходной, где его уже поджидал ухмылявшийся охранник.
И тут не знаю почему, но я вдруг пошел по травянистому откосу насыпи и бросился за Серегой. Во-обще-то я думал, что все мальчишки побегут за мной... Но никто не побежал. И даже кто-то сказал:
—Во Пифагор — лопух! Сам на рожон лезет!
Я догнал Серегу и пошел с ним рядом.
— Ага! — ухмыльнулся охранник, блеснув металлическими зубами.
— Чего «ага»-то? — смело глядя ему в глаза, сказал Серега.
— А вот сейчас отведу тебя к ученому секретарю — тогда узнаешь!
— Да хоть к печеному, хоть к моченому! — бесстрашно ответил Серега.
Я, конечно, молчал, но не отставал от Сереги ни на шаг! Охранник даже растерялся.
— Ага! — сказал он. — Ага! Храбрые какие! Сейчас посмотрим, какие вы храбрые!
И он цепкими железными пальцами вдруг схватил нас за уши и поволок по коридору, а потом по лестнице на второй этаж.
—Ну, ты! — кричал Серега. — Отпусти ухи! Отпусти!
А я все никак не мог так извернуться, чтобы укусить его за руку. Прихохатывая, охранник втолкнул нас в комнату, и мы услышали строгий голос:
— Что это такое! Я спрашиваю, что это такое!
— Вот! — сказал охранник. — Футболисты! Те самые!
— Я не о том! Немедленно отпустите их уши!
Охранник разжал пальцы, и мы увидели комнату, всю заставленную какими-то приборами, и тетеньку — ту самую, в очках!
— Тетенька! — закричал Серега. — Отдайте мяч! Я вас очень прошу, и вот он тоже, и мы все!
— Вас же предупреждали, что здесь играть не положено, — сказала она.
— Мы больше не будем! — заныл Серега. — Это не наш мячик, отдайте, пожалуйста.
И тут я увидел на большом письменном столе, запаленном разными бумагами, наш мячик! Я увидел его и прикинул, как бы так его схватить и выкинуть и окно нашим ребятам. А с нами пусть что хотят потом делают.
И еще я увидел на письменном столе фотографию какого-то солдата — совсем мальчишки.
— Пифагор! — закричал Серега. — Ну хоть ты скажи! Пусть мячик отдадут. Он же не наш.
— Как? — вдруг заинтересовалась строгая тетенька. Она даже перестала что-то писать на листках бумаги. — Как он тебя назвал?
— Пифагор, — пояснил Серега. — Сокращенно Пифа...
— Вы хоть знаете, кто это? — спросила она, поворачиваясь к нам на стуле и пристально глядя сквозь свои огромные очки.
— Математик, — сказал я. — Древнегреческий. Что мы, вообще, что ли, серость? Мы уже в третьем классе.
— Я не о том! — сказала она, доставая коробку «Казбека». — К тебе-то он какое отношение имеет?
Я пожал плечами.
— Я спрашиваю, — повторила строго очкастая, — почему тебя называют Пифагором?
— Дураки! Вот и называют! — сказал я, глядя в пол.
— Сам ты дурак! — сказал Серега и заискивающим голосом объяснил: — Он, тетенька, думает, что открыл нечетный закон!
— Кто думает?
— Пифагор!
— Настоящий или вот этот «фрукт»? — сказала тетенька. — Совсем вы меня заморочили.
— Наш, — сказал Серега. — Тетенька, отдайте, пожалуйста, мячик.
А я все стоял и прикидывал, как бы так метнуться, чтобы схватить мячик — и в окно! Тем более что окно открыто.
— Отстань ты со своим мячиком! — заругалась на Серегу тетенька. — Ты что, серьезно предполагаешь, что открыл математический закон?
— Чего мне предполагать! — сказал я, глядя в ее круглые очки. — Я не предполагаю. Я открыл.
Посмотрите какой! — удивилась очкастая. — Прямо Галилео Галилей. «И все-таки она вертится!»
Тетенька, — заныл опять Серега, пытаясь выдавить слезу, — отдайте мячик!
— Отстань ты со своим мячиком! — цыкнула на него тетенька. — Ну и в чем же, Пифагор, сущность твоего закона?
— Чего?
— Я спрашиваю: о чем твой закон?
— Трудно объяснить.
— Нет уж, пожалуйста... Я обещаю тебе постараться понять. Соблаговолите уж объяснить!
—Тетенька! Отдайте мячик! — опять заныл Серега.
Тетенька вдруг схватила его за плечи, вытолкнула в коридор и закричала там:
— Демидыч! Демидыч! Выведи его! Не дает работать! За уши не смей! Слышишь, не смей делать ему больно!
Она вернулась в комнату и села передо мной. А я стоял как дурак и проклинал себя, что не выкинул мяч в окно, пока ее не было. Но что-то меня удерживало.
— Тетенька! — раздался Серегин голос из-за забора. — Будьте человеком, отдайте мячик.
— Это черт знает что! — закричала тетенька и суетливо закрыла окно. — Послушай, Пифагор! У меня полно дел! Ты отнимаешь у меня время! — сказала она, беря меня твердыми руками за плечи.
— Отдайте мячик, и я уйду! — сказал я.
— Ты меня не так понял, — сказала тетенька. — Быстро излагай свой закон. И не торгуйся! Торгуется тут, понимаешь!
Я молчал.
Тогда она схватила мячик и выкинула его в раскрытую форточку.
— Спасибо! — заорали за окном мальчишки.
— Ну! — сказала тетенька.
— Если много разных цифр складывать, то можно, не считая, отгадать, какой будет ответ, четный или нечетный!
— Так! — И она вдруг улыбнулась. — Каким образом?
— Нужно сосчитать, сколько в примере нечетных чисел...
— Нечетных, так! А четные?..
