– Он создает конкурентную среду для нашего нелегального бизнеса. Если раньше спиртное и сигареты производились украинцами и экспортировались в Европу, где продавались порой в десять раз дороже себестоимости, то сейчас Украина превратилась в страну для транзита российского нелегального алкоголя и сигарет. Да, они дешевле и качественнее – но помним ли мы, как Россия прокачивала через нас газ и что в связи с этим получилось? То же самое происходит и сейчас. Если раньше мы получали весь пирог – да, это была исключительно нелегальная торговля, но должна же Украина чем-то торговать, чтобы выжить, правильно? То теперь мы получаем лишь крохи – а производство контролируют русские. И заметьте – главный ущерб от такой вот новой схемы работы получают западные, наиболее проукраинские регионы. Регионы, которые, собственно, и есть Украина. До того, как русские оседлали эту схему, львиная доля денег от нелегальной торговли доставалась им, на эти деньги строились дома, покупались автомобили. Сейчас всего этого не будет. И к чему все это приведет?
…
– К социальному взрыву. Который нужен России.
Ющук подумал, что такого бреда он не слышал очень и очень давно. Если бы эсбэушник сказал, что накрылись его подкрышные цеха по производству левого контрафакта, а российские он не может поставить под крышу, он, может быть, и поверил бы…
Но это…
И да. В том, что производство уходило на территорию России – а оно, кстати, не только на территорию России ушло, оно и в Беларусь ушло, и в Молдову, – виновата была всего лишь украинская действительность. Производство – наиболее капиталоемкая часть схемы, надо покупать оборудование, его устанавливать, нанимать людей, и если его потерять, то это намного более серьезные потери, чем потерять партию товара по дороге. А на Украине вообще было опасно капитально вкладываться, и не только в производство спиртного и сигарет, а вообще в любую производственную деятельность. Потому что любое, еще раз – ЛЮБОЕ предприятие, которое работает, моментально становится предметом внимания рейдеров в погонах и без таковых. За время независимости на Украине сформировались целые отряды юристов с менталитетом большевистских комиссаров времен раскулачки, для которых такое понятие, как «уважение чужого права собственности», не существует вовсе и которые возьмутся доказать даже то, что Иисус Христос был посланником Сатаны, – и докажут, благо расценки в украинской судебной системе всем давно известны, и судьи-колядники[33] никуда не делись. Не уступали им и сотрудники правоохранительных органов, которые могли показательно уничтожить предприятие, если хозяин отказывался платить. Плюс расплодившиеся по всей стране разборные бригады, состоящие преимущественно из ветеранов АТО, а во главе – бывшие и действующие менты, и все ищут возможности заработать. В таких случаях даже украинские предприниматели выносили все капиталоемкие части своего бизнеса в соседние страны. Многие пищевики, например, теперь работали в Беларуси, там и сельское хозяйство хорошее, и порядок – местная милиция действительно защищает людей, и пусть только кто попробует заикнуться о взятке или крыше. О разоблаченных взяточниках ежегодно докладывал сам Лукашенко, и среди привлеченных к ответственности были такие фигуры, как мэры городов и начальники отделов Следственного комитета. Так что…
– Зачем Матросову убивать моего дядю? Он же был его… другом.
– Заодно и крышей. Мы не знаем. И с вашей помощью хотим это понять.
– Моей помощью?
– Вы не хотите помочь Украине?
Помочь Украине…
Интересно, он и в самом деле думает, что они, эти эсбэушники на бусике с блатными номерами, – это Украина?
– Хорошо, – сказал Ющук, – я вам помогу.
Капитан Ющук эсбэушникам не поверил. Более того – если раньше он подозревал, то теперь внутри него зародилась уверенность в том, что СБУ причастна к тому отравлению. Почему? Да хотя бы и потому, что люди СБУ сидят на каких-то водочных потоках и, получается, прямые конкуренты. А вы думали, они за страну, что ли?
Ага, щаз-з-з-з…
Все уже давно было понятно, за какую они страну. Может, эта страна тоже называется Украина – но это такая Украина, с которой не хочется иметь ничего общего.
В свою очередь, и у Кобыльчака настроение было отнюдь не веселое.
То, что в работе намного более профессиональной российской контрразведки считалось браком – силовые операции, – здесь считалось нормой. Мешает человек – натравить на него бандитов, и дело сделано. Когда ему отдали приказ зачистить концы в деле об отравлении, он решил поступить самым простым способом: позвонил Драчу и сказал, чтобы тот отправил на хату к Матросову разборную бригаду. Сделать под видом ограбления – делов-то…
Вот только грабители с дела не вернулись, пропали без вести. После этого Кобыльчак и решил натравить на Матросова Ющука – он знал, что человек, у которого есть личная заинтересованность, работает эффективнее.
