Нынешний президент был алкоголиком, алкоголиком шумным, выпив, он начинал шуметь, говорить, рвался выступить (политологи даже ввели термин «особое состояние президента» – это когда ему пьяному удавалось прорваться на трибуну), обычно он начинал напиваться примерно с обеда и к концу рабочего дня был уже никаким. В состоянии нестояния. Порой до президентского «Мерседеса» его вели под руки, а один охранник шел впереди и разгонял всех, чтобы никто не видел, как ведут под руки пьяного вдрызг гаранта. Но при этом нынешний президент во хмелю был не весел, а коварен, подозрителен и жесток. Перевыборы лишь усилили эти отрицательные качества – президент подозревал всех в предательстве, и небезосновательно. Точно так же коварен и злобен был глава его администрации – дружили еще их отцы.
– Думаешь, я не знаю, как ты детей е…?
…
– А может, там снайпер – только и ждет? А?
– Денис Эдуардович…
– Я вас, сук, наизусть знаю. Вот вы у меня где…
В окно постучал начальник охраны…
– Денис Эдуардович…
…
– Вот, в кустах нашли.
Это был сотовый телефон.
– Звонит.
Плохенко посмотрел на подчиненного.
– Ладно, выйди. И ты тоже.
Николай Тарасович поспешил покинуть машину – он был в одном пиджаке, но плевать. Следом вышел водитель.
– Слушаю.
– Это говорит…
– Я знаю, кто говорит, – перебил Плохенко, – у вас есть еще материалы?
– Не так быстро. Вы прослушали?
– Да. Но эти слова можно трактовать по-разному.
– Трактовать будете, когда вас на Крещатике вешать будут.
– Не хамите!
– Я и не хамлю. Просто констатирую факт.
– В СБУ существует заговор?
– Не только в СБУ.
– Вы в нем участвуете?
– А сами как думаете?
– Отвечайте на вопрос.
– Сначала выйдите из машины. Я хочу вас видеть.
Плохенко хохотнул.
– А вот это хрен. Откуда я знаю, может, ты снайпер, а?
Неизвестный в телефонной трубке отступил… впрочем, Плохенко с его депутатским опытом (четыре фракции, три партии) мог переговорить кого угодно. Профессионал он был в этих вопросах…
– Я не снайпер. Можете поверить…
– Я даже своей маме не верю… что вы хотите? Денег? Продвижения по службе? Прикрытия?
– Я патриот Украины…
– Перестаньте. Что конкретно?
– Мне надо, чтобы Моршак сел.
Плохенко барабанил пальцами по дорогой обивке салона.
– Это не так просто будет сделать. Моршак поставлен в СБУ командой…
– Я знаю, можете не называть.
– Тем более. Тогда вы должны понимать и то, что его снятие будет означать развал коалиции в Раде. Это враждебное действие.
– Обвините его в зраде Украины. Они не смогут его публично покрывать.
– Перестаньте. Не смогут покрывать лично его – от этого ничего не изменится. Мы уже жили два года с заблокированной Радой.
– Тогда… можете инициировать против него антикоррупционное расследование? Пусть…
– Это будет тоже проявление враждебности.
– Ради бога, кому это надо, вам или мне! Он готовит вооруженный переворот! И не в России, а здесь, в Украине.
– Мы еще проверим эти данные. Давайте так – вы нам дадите информацию на Моршака. Мы попробуем возбудить против него дело через Антикоррупционный комитет. Организуем слив в прессу, потом Рада, ну и… все такое.
– Не надо слива в прессу!
– Почему?
– Он не дурак. Сразу поймет, что под него кто-то копает…
– Тогда как вы предлагаете воздействовать на него?
– Организуйте ему перевод в региональное управление. Отправьте на учебу…
Плохенко уже понял расклад – кто-то из замов. Боится… все они боятся, и есть за что. Одновременно с тем, что боится, и ненавидит. Хочет занять его место. Как же все предсказуемо… до тошноты.
Такие все. Военные, эсбэушники, менты. Сгнило все. И сейчас приходится выбирать. Либо вот такие вот ссыкливые и подлые, ни на что не способные – но безопасные для властей. Либо те, кто реально что-то может, патриоты, люди способные действовать – но каждый день их работы влечет угрозу в виде перехвата власти. Такой вот… естественный отбор наоборот.
Но Папа все равно испугался. Когда он послушал кассету – с ним чуть истерика не случилась: а чего еще ждать, мания преследования плюс систематическое пьянство. Его с большим трудом удалось отговорить от идеи немедленно отдать Моршака под суд или устроить ему автокатастрофу. И этого… информатора – упускать нельзя.
– Давайте так, – повторил Плохенко, – мы сделаем что-то с Моршаком… нейтрализуем его и потом уберем. А с вами мы будем поддерживать контакт, чтобы быть в курсе происходящего. На ваших условиях…
…
– Может, вам денег перевести?
Вместо ответа – в трубке забились гудки.
Где жил Матросов, она знала.
ЖК «Дипломат» – новый жилой комплекс в самом центре столицы. Элитка с огороженной территорией, гаражом и всем прочим.
Почему она пошла именно сюда? А куда ей было еще идти?
