Обливаясь кровью, Шматов упал на одно колено. Возможно, это стало бы его последним жизненным мгновением, но на выручку пришли Танкист с Мироновым. Своего противника Миронов приласкал мощным хуком слева, Танкист же снова воспользовался рогаткой, пустив стальной шар точно в затылок второго дайка.
Общей картины это, однако, не изменило. На них тотчас волками метнулись прочие воины. Груда тел лавиной подмяла двоих храбрецов, в свете каминного пламени блеснули воздетые клинки. Еще немного, и все было бы кончено, но дайков остановил окрик Махат-Халы. Видимо, предводитель отряда желал лично расправиться с непокорными. Подчиняясь его командам, дайки безжалостно заломили пленникам руки, заставили опуститься на колени рядом с Потапом.
— Не ссы, пацаны! С музыкой помираем! — сипло рычал Танкист. Рубаху на нем успели порвать, обнажив богатую воровскую роспись. Дайки поглядывали на него с испугом. Судя по всему, подобных татуировок они никогда раньше не видели.
Сердито ворча, к поставленным на колени приблизился бородатый главарь. Он заметно прихрамывал, на полу за ним каплями тянулся багровый след.
— Акшаха! — бородач остановился напротив пленников, кривой меч его начал медленно подниматься. Глядя на узорчатое лезвие, Шматов зло прищурился. Свою смерть он и раньше пытался себе представить. Случалось, наблюдал даже во снах. Но вот такого — чтобы погибнуть от руки варвара, да еще стоя на коленях — такого он не мог вообразить даже в худших из своих кошмаров.
— Руби, шакал! Чего ждешь?… — он ощерился. — Или кишка тонка?
Ятаган поднялся выше, и в этот момент со скамьи поднялась Ксения.
— Не надо! — решительно произнесла она. Шагнув вперед, девушка зло взглянула на Виктора. — Переведи этой обезьяне, что я согласна.
— Что?…
— Я пойду в его чертов гарем, но с одним условием. Пусть обещает, что никого из вас он не тронет.
Выслушав Виктора, Махат-Хала довольно улыбнулся. Чуть подумав, вложил свой меч в ножны, махнул рукой помощникам. Пленников немедленно подняли на ноги, поволокли вон из кафе. Сам предводитель бородатого воинства, не обращая внимания на кровоточащую рану, шагнул к Ксении и коротко что-то произнес.
Виктор, которого еще не успели увести, покорно пробормотал:
— Он говорит, что тебе у него понравится…
— Еще бы! — глаза Ксении яростно сверкнули, и, коротко взглянув на нее, Виктор переводить ничего не стал.
Зря, пожалуй, считают верблюдов туповатыми животными. Упрямыми, своенравными — это да, но никак не лишенными внутренней интуиции. Во всяком случае, грядущую опасность его Рыцарь учуял значительно раньше самого Дымова. Еще за квартал до роковой улочки верблюд начал озираться на хозяина и через каждые десять шагов норовил встать на месте. Но, увы, предупреждению животного Вадим не внял и в узенький проулок все-таки свернул. И почти сразу разглядел тех, кого издали учуял Рыцарь.
