— Получи же! — Сергей с силой крутанул саблей, пуская ее в противника сверкающим пропеллером.
Наверное, что-то и впрямь сопутствовало ему сегодня. Жилистый убийца слишком поздно отреагировал на бросок. Его можно было понять, — для удара дистанция была слишком велика, а тяжелый меч — это не нож для метания. Чем и опасен порой дилетант, что способен совершать безумные поступки. Не видя проку от своего ятагана, Миронов пустил его в ход самым оптимальным образом. В итоге бешено вращающаяся сталь успешно миновала свистнувшее навстречу лезвие и взмахом наискосок ударила по лицу противника. Возможно, угоди она в грудь жилистого, все бы ограничилось обычной резаной раной, но удар клинка пришелся по лицу и произвел более губительное действие, раздробив нос и вышибив правый глаз. Впрочем, сам Миронов этого уже не видел, потому что, прыгнув вслед за мечом, ударом ноги в живот заставил соперника рухнуть на землю.
Подхватить с земли оружие было делом пары секунд, но продолжения поединок не получил. Вновь загремели о щиты древки копий, пронзительно закричал суфан, возвещая об окончании схватки. Не веря своим глазам, Сергей взволнованно осмотрелся. Ему-то казалось, что с первого момента боя прошло всего несколько секунд. Возможно, так оно и было, но эти несколько секунд стоили жизни большей части поединщиков. Земля покорно впитывала пролитую кровь, всюду лежали бездыханные тела и багровые обрубки чужих конечностей. Но еще страшнее было взирать на тех, кто со стонами и всхлипами волочил за собой кишки и перебитые ноги, тщетно пытаясь выползти за кромку арены. Этих сударушка смерть тоже не пощадила, — просто решила оставить себе на десерт.
Противоборствующая группа бойцов вновь вернулась на исходные позиции, и вот тут-то Миронова пробрало настоящей дрожью. Потому что он стоял в полном одиночестве, и не было поблизости больше ни дородного Валерия Васильевича, ни могучего Шурыма, никого. Из всей команды он уцелел один-единственный. Потому, собственно, и остановили бой. Добросердечный суфан посчитал, что хоть один человечек, должен вернуться на нары в сарай. Иначе просто не найдется желающих на следующий поединок. Как бы то ни было, но мудрый старожил оказался прав: численность обитателей сарая значительно сократилась…
В нынешней компании Рыцарь явно чувствовал себя лидером. Верблюд Стива Бартона, менее рослый, с вялыми горбиками, свешивающимися на обе стороны, и плешивыми заплатками на ногах, послушно шагал чуть позади. То есть раз или два он тоже пробовал сунуться вперед, однако Рыцарь поступил с ним так, как поступают со всяким бунтовщиком — попросту укусил его, шикнув так, что вся храбрость животного тут же испарилась. Первенство Рыцаря отныне воспринималось, как должное, а попыток его обогнать больше не предпринималось. Другие верблюды, нагруженные ворованной поклажей, были Дымову с Бартоном вовсе не нужны, однако и на месте казни животные оставаться явно не пожелали. Мерно ступая за новыми хозяевами, они выдерживали разумную дистанцию и вели себя более чем скромно. Сам же Вадим в отличие от животных чувствовал себя неуютно. Тому имелась веская причина. Все это время кто-то наблюдал за ними — пристально и давяще, и Дымов не мог вычислить наблюдателя, как ни старался. Его метатело было распахнуто сейчас огромным экраном, чутко сканирующим малейшие изменения в окружающем пространстве. К нему стекался шорох переползающих по песку змей, шуршание насекомых, вздохи дремлющих в норах мышей, тысячи иных звуков, запахов и
— …Потому и погнали нас отсюда, что мы первые наткнулись на приграничье. — Стив презрительно хохотнул. — Все вокруг продолжали копаться в вентиляторах и двигателях, в томусидианских холодильных установках, а мы решили не тратить время попусту и занялись поиском настоящих улик. Скажу откровенно: зря вы полезли в эту страну. Она вам просто не по зубам, тем более, что у России сейчас своих проблем хватает.
— Откуда же мы знали, что вы уже туточки! — подыграл англичанину Вадим.
— Это конечно! Американцы — и те до последнего года понятия не имели, что их ближайший партнер снова обскакал их по части информации.
— Да уж, в этих сферах вы действительно великие друзья.