Потом они долго лежали на спине и смотрели на серое небо. Наконец Михл поднялся и, протянув руку, помог Реале Ли встать с земли. Они продолжили путь. Реала Ли шла позади Михла, который пребывал в растерянности. Он не знал, что ему делать, когда они придут в его пещеру. Что скажут мать, Клян и старый Ивн?
Уже в сумерках они приблизились к пещерам Светлокожих.
Мать встретила их недружелюбно, исподлобья посмотрев на незнакомую смуглую девушку. Натла знала, что рано или поздно её сын найдёт себе пару, но не ожидала, что он приведёт в родную пещеру фричинку. Натла поняла, что это фричинка по рассказам охотников, хотя сама никогда женщин этого племени не видела.
Клян, увидев Михла рядом с фричинкой, удивился:
– Молодец, Михл! Пришло время нарушить традицию. Теперь мы будем умыкать фричинок.
Натла, нахмурившись, посмотрела на Кляна и сказала:
– Похоже, ты выздоровел. Чуть держишься на ногах, а уже рассуждаешь о ненавистных фричинках!
– Натла, это для тебя они плохие, а для Михла и, может быть, для Фёдра, это не так.
Натла, не сдержав слёз, выбежала из пещеры. Клян подошёл к ней и сказал:
– Прости. Я сказал глупость.
– Лучше бы ты посоветовал, что мне делать?
– Это хорошо, что Михл привёл её к нам. Ей нравится твой сын. Если бы она пожелала, то увела его в свои пещеры, не нарушая традиции своего племени. Фричинки достаточно ловкие и сильные. Пожалуй, не всякий мужчина – будь то Светлокожий или дорвиш, сладит с ними. К тому же они используют одурманивающие вещества, от которых мужчины сначала теряют сознание, а затем и голову.
– Почему ты так сказал о Фёдре?
– Я думаю, что Фёдр жив. Наверно он попал к фричинам.
– Надеюсь, я уговорю Ивна отправиться на поиски Фёдра в земли фричинов. Признайся, Клян, тебе тоже порой хочется улизнуть к этим мужеподобным фричинкам? – спросила Натла.
– Ну, какие же они мужеподобные? Например, эта девочка очень хорошенькая, только она мелковата, – серьёзно сказал Клян, так и не ответив на вопрос Натлы.
Реала Ли стала жить у Светлокожих. Юная фричинка пришлась ко двору. Они с Михлом жили в глубине пещеры в одной из ниш и, похоже, были довольны жизнью. Михл стал приносить много добычи, а Реала Ли ухаживала за больными и помогала женщинам по хозяйству. Пещеры Светлокожих напоминали ей её родные места. Только здесь сильно шумел водопад.
Натла расспросила невестку о жизни в родном племени. Реала Ли рассказала о своём детстве и юности. Её мать – фричинка, а отец – дорвиш. Родители её погибли, когда она была маленьким ребёнком. Её мать и отца на охоте загрызли отяры. Реалу Ли воспитали младшие жёны отца. Реала Ли была непохожа на отца. Она объяснила, что большинство девочек-фричинок похожи на матерей и только некоторые имеют чёрную и светлую кожу, а синеглазых с белой кожей девочек у фричинов вообще можно пересчитать по пальцам.
Потом Натла задала главный вопрос:
– Ты не встречала Светлокожего по имени Фёдр?
– Аэру Ла однажды привела к нам Светлокожего, которого так звали, – ответила Реала Ли.
– Она привела его, и он не сопротивлялся? – нахмурившись, спросила Натла.
– Аэру Ла спасла Фёдра, когда он чуть не утонул на болоте, и на него напал отяр. Думаю, он был ей благодарен.
Услышав рассказ юной фричинки, Натла расстроилась, но потом, рассудила, что всё хорошо – Фёдр жив, и у неё самой всё в порядке – сын вырос и, похоже, скоро появятся внуки.
Узнав, что Фёдр не особо бедствует у фричинов, Клян начал проявлять знаки внимания к Натле, и вскоре они стали уединяться в той дальней просторной нише пещеры, где раньше жили Натла с Фёдром.
Болевшие Светлокожие шли на поправку. Мужчины начали ходить на охоту. Женщины стали шить куртки из шкур косуль, а в углу большой пещеры вновь взялся за работу лысый Серг, делавший кремниевые наконечники для стрел и копий.
Прошло время. Реала Ли родила ребёнка, но не девочку, как остальные фричинки, а мальчика с немного раскосыми синими глазами и смуглой кожей. Назвали его Тимом. Михл решил, что мальчик у них с Реалой Ли родился потому, что Реала Ли теперь жила в пещере Светлокожих, а тут даже воздух был другим.
Однажды Михл вместе с Кляном и Ивном отправились на охоту в дальний лес. В тот день было холодно.
– Раньше не было так холодно, – сказал Клян.
– Не к добру это, – проворчал Ивн.
Его слова сбылись. На исходе дня в овраге на них из зарослей высокой травы выпрыгнул огромный отяр. Он сшиб лапой Ивна и перегрыз ему горло, но увидев ещё двух кричавших и размахивавших копьями охотников, скрылся в кустарнике. Клян метнул в сторону отяра копьё, но промахнулся.
– Ивн умер? – спросил Михл, с ужасом смотревший на Ивна, который лежал в луже крови.
– Да. Мы с тобой виноваты. В лесу нельзя расслабляться, – сказал Клян.
Предав тело старого Ивна земле, Клян и Михл, вернулись в пещеру.
С каждым днём становилось всё холоднее. Однажды ночью с неба посыпались холодная белая крупа, которая растаяла днём.
