Annotation
Мне было довольно того, что гвоздь был виден ещё вчера.
========== Мила ==========
В тот день открывалась моя первая персональная выставка. Пусть совсем в небольшом и мало приспособленном помещении, пусть нам пришлось навешивать лампы и заниматься освещением. Пусть я сама закатывала стены персиковой эмульсией и белила грязный, местами облупившийся потолок. Это такие мелочи.
Главное — там был рояль, вполне сносный, его даже настраивать не пришлось. А ещё терраса с видом на море.
Помещение выбирала я сама, а вот финансированием моего восхождения к славе занимался Илья.
Илья — почти мой муж. Мы вместе уже три года. То есть знакомы три года.
Было у нас всё: и букетно-конфетный период, и ухаживания, и рестораны с барами. Даже совместные поездки в Москву и в Питер тоже были.
Да что вспоминать. У нас столько всего было в наших жизнях. Не дети давно. Мне уже тридцать. Нет, не совсем, без одного дня тридцать.
Вот завтра, на открытии моего собственного вернисажа, мне будет именно столько. И, скорее всего, на этом мероприятии Илья объявит о нашей помолвке и назначит дату свадьбы. Я просто уверена, что такой подарок ждёт меня завтра.
А потому мой вернисаж слишком особенный…
Конечно, своё «долго и счастливо» я могла бы получить и раньше. Естественно, Илья не первый мужчина в моей жизни, а я так у него даже и не знаю какая.
Но я — навсегда. А что было, то прошло.
Встретились мы с Ильёй случайно. Ему нужно было оформить новую квартиру. Он взял её в строящемся доме, и в результате имел лишь порядка ста квадратных метров с окнами и входной дверью.
Квартиру мне показывал не он, а его секретарша. Такая вся из себя фифочка, крашеная блондинка с наклеенными ресницами.
Никогда не понимала, чем такие женщины нравятся мужчинам. Это же вечное дитё с надутыми губками. В эти губки сунуть, может быть, и хочется, но не больше.
Это засиликоненное чудо произнести что-то более серьёзное, чем «Я хочу тебя, милый», просто не способно.
И вот именно такой экземпляр объяснял, как, по её мнению, должна выглядеть хозяйская спальня в розовых тонах.
В розовых — в квартире мужчины. Смешно!
Настолько смешно, что я, получив копию плана и сделав кое-какие наброски, отправилась в его офис без предупреждения.
Скажу вам по секрету, я умею быть женщиной. Нет, я далеко не стерва и не женщина-вамп. Я просто-напросто знаю себе цену.
Я не дочь Рокфеллера, и свою дорогу пробивала трудолюбием и талантом. У меня нормальные родители, любящие друг друга и меня с сестрой. Такая образцовая семейка интеллигентов. Они мне дали всё, что смогли: способности, образование, понятия о добре и зле. Ждали от меня тихой жизни и внуков, но увы. У меня был свой путь. А потому наше общение свелось с годами к дежурным звонкам по телефону по пятницам и проживанию в разных, очень далёких друг от друга городах.
Меня влекло море.
Ещё в годы учёбы в архитектурно-строительном я часами пропадала в Третьяковке. Зал Айвазовского был практически моим домом. Волны, пена, прозрачность воды, небо цвета моря и море цвета неба. Это была мечта. Оно мне снилось каждую ночь. Бескрайнее, живое, имеющее собственную непознанную душу и невероятную силу. Море, которое могло прокормить и убить. Божественное и невероятное…
И как только я получила диплом, оно стало моим настоящим.
А как иначе? Мечта не должна всю жизнь быть только мечтой. Мечты надо претворять в реальность.
Мы с моим первым парнем снимали маленькую комнатушку. Частный дом, низкий потолок, удобства на улице. Но если открыть окно, слышно, как оно шумит…
Все вечера я проводила на пляже, рисовала. Блокноты с сунутыми внутрь карандашами, мои вечные спутники, были сплошь в моих эскизах с неизменным морским пейзажем.
Мы расстались с моим парнем довольно быстро. До начала зимы.
Он уехал в другой городок, устроившись прорабом на стройку, а я случайно потеряла блокнот с зарисовками. Очень удачно, надо сказать, потеряла.
Его нашёл хозяин кафе.
Ему понравились мои рисунки, и он, увидев меня на берегу в один из дней с другим блокнотом, подошёл, вернул мой старый и заказал оформление зала.
Он платил, я работала. С душой, с изюминкой, с харизмой.
Ему понравился результат, и я, кроме денег, получила рекомендации. А затем —следующий заказ.
Я стала дизайнером интерьеров. Свободным художником, творящим для людей и для себя любимой. Мои гонорары приобрели стабильность, я открыла счёт в банке.
Сняла приличное жильё со всеми удобствами и занялась формированием своего собственного образа, в чём преуспела.
Я — женщина с шармом.
Что-то я отвлеклась.
Так вот, сделав несколько эскизов той квартиры, я явилась в офис транспортной компании «Дорога».
Встретила меня всё та же самая секретарша с силиконовым ротиком. Поморгала круглыми глазками, осыпав на румяные щёчки комочки туши с приклеенных ресниц.
— А давайте я посмотрю, — она решительно так вскочила со своего кресла и дверь в кабинет шефа собой перегородила.
— Вы жена владельца? — с сарказмом в голосе произнесла я.
— Нет, но…
— Вот он пусть и смотрит. Или его супруга.
