А потом были встречи с режиссёрами будущего фильма и грядущей пьесы, те вещали нашим мамам и папам о том, каких замечательных актёров они хотят привлечь для исполнения главных и не очень ролей, потом эта приятная беседа по предложению директора издательства была плавно перенесена в один из приличных ресторанов Москвы. А часа через два все вернулись в издательский дом для подписания необходимых документов и контрактов. После этого Самуил Вениаминович поздравил квартет уважаемых писателей-сценаристов с вливанием в дружный коллектив советских писателей и заявил, что постарается через пару часов решить вопрос с выплатой хотя бы небольшого гонорара. Но уважаемые писатели сослались на усталость (что являлось правдой и не вызывало удивления после дальней дороги и важных встреч с не менее уважаемыми товарищами), поэтому попросили, чтобы их на служебной машине отвезли на квартиру, где проживают дети. А по поводу денег Самуил Вениаминович пусть не переживает, поскольку дочь недавно получила за свои книги в другом издательстве очень приличный гонорар, поэтому большая и дружная семья ни в чём не нуждается. Вот, когда будет снят фильм и выйдет первая постановка пьесы, тогда можно будет вновь вернуться к финансовому вопросу.
— Нет, дорогие товарищи! — засмеялся директор издательства. — У нас так дела не делаются! И фильм не скоро выйдет на экраны страны, да и спектакль по вашему сценарию не завтра будет поставлен. Но раз возглавляемое мною издательство взялось напечатать этот сценарий, то в скором времени вы обязательно получите заслуженный гонорар. И заверяю вас, он тоже будет немаленьким! Ладно, раз вы устали, сейчас вас отвезут на квартиру, которую снимают дети. Погостите у них и возвращайтесь к себе домой самолётом или поездом — на ваш выбор. Напоминаю вам, что впредь, и дорога, и проживание в гостинице, а также командировочные будут оплачиваться нашим издательством, так что обязательно сохраняйте все билеты и квитанции. В общем, отдыхайте, и, если не возражаете, мы выдадим причитающиеся вам деньги вашим детям.
Родители, конечно же, не возражали, поэтому им пришлось задержаться ещё на несколько минут для того, чтобы написать доверенности на меня и на Марка, а Самуил Вениаминович своей подписью заверил четыре листа бумаги, на которых были написаны доверенности, и поставил на каждом их этих листов печать. После этого простые бумажки превратились в документы для бухгалтерии. Директор пожелал родителям дальнейших творческих успехов, и все мило распрощались до следующей встречи. По прибытию в квартиру Фике наши мамы и папы посмотрели, в каких домах живут партийные работники и государственные чиновники высокого ранга, и единогласно согласились, что так жить можно. А от моего предложения сесть за стол и покушать то, что бог послал, они вежливо отказались, но вместо этого, скромно потупив глаза, спросили, а нельзя ли приём пищи перенести на потом, а сейчас организовать им ещё одну прогулку в Париж.
— Что, понравились буржуйские магазины? — весело спросила я. — Ну, что делать, пошли опять во Францию — у нас есть своё окно в Париж! А к нашему возвращению Марк закончит свои дела в издательстве, вот тогда и устроим семейный ужин.
Я пообщалась ментально с Фике, та снова предложила свои услуги, но я попросила подругу не беспокоиться и заявила, что возьму её машину и сама прокачу родителей по знакомым магазинам, тем более, что все необходимые французские документы, включая водительские удостоверения, у нас с мужем уже имелись. Мы с родителями привычным образом прошли через портал в дом Фике, сели в машину и часа два катались по Парижу. В этот раз шопинг занял не так уж много времени, зато родители с удовольствием погуляли по красивому ухоженному парку. И, конечно же, нагуляли аппетит, после чего решили вернуться домой и поужинать. Причём они заявили, что хотели бы вернуться домой в Анапу, поскольку уже устали от затянувшейся командировки, а родители Марка пригласили всех к себе в дом на ужин. Спорить с ними я не стала, в Анапу, так в Анапу.
Я поставила машину в гараж, мы забрали все покупки и через портал перешли в московскую квартиру. Марк был уже дома, всё это время мы с ним поддерживали ментальную связь. Я знала, что он с группой единомышленников активно продвигает в массовое производство первый в стране портативный кассетный магнитофон. Конечно же, работы было ещё много, мужу приходилось часто бывать в издательстве и, будучи заместителем начальника нового отдела, объяснять своим подчинённым самые разные технические моменты. Но дело у них шло семимильными шагами, и директор издательства уже вёл переговоры с ведущими радиозаводами страны о том, чтобы как можно быстрее поставить магнитофон нового типа на конвейер.
