Василий Михайлович Песков (родился 14 марта 1930 года в селе Орлово, Центрально-Чернозёмной (ныне — Воронежской) области, СССР - ушел из жизни 12 августа 2013 года) — советский писатель, журналист, путешественник и ведущий телевизионной программы «В мире животных» с 1975 по 1990 годы.
Отец — машинист, мать — крестьянка. Окончив среднюю школу, работал пионервожатым, шофером, киномехаником, фотографом, сотрудником воронежской областной газеты «Молодой коммунар», в которой и начал свой творческий путь журналиста.
С 1956 года В. Песков — фотокорреспондент и очеркист «Комсомольской правды». Очерки Пескова проникнуты большой любовью к советским людям и русской природе.
Библиография:
«Шаги по росе» (1963)
«Записки фоторепортёра» (1960)
«Ждите нас, звезды» (1963)
«Белые сны» (1965)
«Край света» (1967)
«Речка моего детства» (1978)
«Просёлки» (1988)
«Таёжный тупик» (1990)
«Странствия» (1991)
Слово «сурок» известно всем, и связано оно почти всегда с представленьем о сне - «спит, как сурок». Действительно, этот грызун, похожий слегка на белку, слегка на бобра, спит долго - полгода! Иначе говоря, половину жизни он спит, точнее сказать, проводит в спячке, особом состоянии, когда жизнь в организме чуть теплится. Это все происходит зимой. Прибавим сюда же обычный сон летом, и выходит, сурки мало что видят в жизни.
Но так уж распорядилась природа. Сурков на земле четырнадцать видов. Прародина их - Америка. Многие животные (как и люди) по суше, некогда соединявшей Азию и Америку, перебрались в Новый Свет, сурки же двигались в обратную сторону. Полагают, что прародитель у всех сурков общий. Обособившись в разных географических зонах и сохранив внешнее сходство (а также необходимость зимою спать), поведеньем они несколько различаются, хотя и тут немало у них одинакового - вегетарианцы, живут в норах, тепло одеты, почти всегда обитают колониями. Выделяются сурки равнинные (байбаки) и горные, живущие в особо трудных условиях, на границе альпийских лугов, куда летнее тепло приходит поздно, а зима является рано. Что делать? Спешно накопить жир и на боковую!
Лет восемь назад на Камчатке я участвовал в переселении сурков в местечко, где они когда-то водились. Зверьков, благополучно переживших зиму в неволе, на вертолете в ящиках отвезли в нужное место. Выпускали их на огороженную сетью площадку, чтобы сразу не разбежались - мы могли бы их снять и как следует разглядеть. Сурки не метались, не суетились, ощутив некоторую свободу, они, стоя столбиком, осваивались, посвистывали, а когда сеть убрали, мгновенно попрятались меж камнями, а некоторые немедленно начали зарываться в землю.
Сурчиная колония всегда заметна - горки земли рядом с норами и протоптанные тропинки, по которым грызуны ходят кормиться и кубарем катятся в норы, если видят опасность.
Подойти незаметным к суркам невозможно. Прекрасные слух и зрение помогают им заметить любое движенье. И кто бы ни заметил - свистит. Все сразу же настораживаются, и, если опасность нарастает, - немедленно в норы! При играх, однако, опасность можно и проморгать, поэтому в каждой колонии есть часовой. С возвышения он наблюдает за всем, что вокруг происходит, и почти всегда первым видит опасность. Свистит он по-разному. Самый тревожный и сильный свист означает: «Орел!!!» И тут - ни размышлений, ни промедлений, все катятся в норы. Кто не успел, попадает в когтистые лапы - нежным сурчиным мясом орлы кормят птенцов и падают на колонию сверху, как метеоры. Эту неизбежную дань сурки платили орлам всегда и будут платить до скончанья веков. И волку иногда удается прищучить жирного землекопа. Зверь с ночи прячется где-нибудь рядом с колонией и ждет, когда какой-нибудь поглотитель травы утречком зазевается. Большое искушенье отведать сурчятины испытывают молодые, неопытные медведи. Этим изловить сурка трудно, но есть силы - раскопать нору. «Перелопатив» несколько кубометров земли и не достигнув цели, медведь «нерентабельной» охотой на сурков уже не соблазняется.
Человек - главный враг обладателей теплых шуб, жира и вкусного мяса. Там, куда добираются люди, сурки исчезают. Переселенье зверьков из других мест и охрана помогают суркам выживать, но как только запрет на охоту снимают - сурки опять исчезают, ибо ничего нет проще, затаившись с ночи, разрядить ружье не в крупную, но близкую цель.
