В граде Харькове — град.Крупен град, как виноград.Он танцует у оградпританцо-вы-вает!Он шустёр и шаловат,и сам черт ему не брат.В губы градины летят —леденцовые!Града стукот, града цокотпо зальделой мостовой.Деревянный круглый цокольпокидает постовой.Постовой, постовой,а дорожит головой!Вот блатной мордастый жлобжмется к магазинчику.Град ему как вдарит в лоб —сбил малокозырочку!А вот шагает в гости попик.Поиграть идет он в покер.Град как попику поддаст!И совсем беспомощнопопик прячется в подъезд«Общества безбожников».А вот бежит филологичка.Град шибает здорово!Совершенно алогичновдруг косынку сдергивает.Пляшут чертики в глазах,пляшут, как на празднике,и сверкают в волосахсветляками — градинки.Человек в универмагеприобрел китайский таз.На тазу у него маки…Вдруг по тазу град как даст!!Таз поет, звенит, грохочет.Человек идет, хохочет.Град игрив, задирист, буен.Еще раз! Еще раз!Таз играет, словно бубен,хоть иди — пляши под таз!Град идет! Град! Град!Град, давай! Тебе я рад!Все, кто молод, граду рады —пусть сильней хоть во сто крат!Через разные преградыя иду вперед сквозь град,град насмешек, сплетен хитрых,что летят со всех сторон…Град опасен лишь для хилых,а для сильных — нужен он!Град не грусть, а град — наградане боящимся преград.Улыбаться надо граду,чтобы радостью был град!Град, давай!..1960Харьков<p>«Людей неинтересных в мире нет…»</p>
С. Преображенскому
Людей неинтересных в мире нетИх судьбы — как истории планет.У каждой все особое, свое,и нет планет, похожих на нее.А если кто-то незаметно жили с этой незаметностью дружил,он интересен был среди людейсамой неинтересностью своей.У каждого — свой тайный личный мир.Есть в мире этом самый лучший миг.Есть в мире этом самый страшный час,но это все неведомо для нас.И если умирает человек,с ним умирает первый его снег,и первый поцелуй, и первый бой…Все это забирает он с собой.Да, остаются книги и мосты,машины и художников холсты,да, многому остаться суждено,но что-то ведь уходит все равно!Таков закон безжалостной игры.Не люди умирают, а миры.Людей мы помним, грешных и земных.А что мы знали, в сущности, о них?Что знаем мы про братьев, про друзей,что знаем о единственной своей?И про отца родного своегомы, зная все, не знаем ничего.Уходят люди… Их не возвратить.Их тайные миры не возродить.И каждый раз мне хочется опятьот этой невозвратности кричать.18 Февраля 1961Бакуриани<p>«Я не сдаюсь, но все-таки сдаю…»</p>
