– Историю знать надо, – лукаво улыбнулся Константин. – Сейчас объявлен необычный крестовый поход – на еретиков Южной Франции из так называемых альбигойцев. Так они, чтобы спастись, куда попало разбегаются – в Италию, Германию, Ломбардию, и везде их шугают со страшной силой. Это ведь про них сказал католический епископ, когда брали один из так называемых еретических городов: «Убивайте всех без разбора, а Господь там разберется, кто свой, а кто чужой». А вот теперь представьте себе, что они узнали о месте, где на их вероисповедание и религиозные взгляды наплевать. Молитесь, как хотите, только налоги платите. Что они сделают? Правильно. Дружненько кинутся в Россию.
– А тут их встретят половцы, – радостно подхватил Вячеслав. – И с удовольствием примут участие в крестовом походе против неверных.
– Там их встретим мы, – поправил его Константин. – И здесь посадим, и на Волге.
– Твой взор, как я понял, княже, на юг устремлен? – уточнил священник.
– Не только. Хотя юг для нас важнее. Юг и восток. На юге – половцы и аланы, а это не только отличная конница, но и шикарный рынок, чтобы закупки лошадей производить. Такими союзниками против монголов разбрасываться нельзя. А на востоке – Волжская Булгария. Сильна единством, городами и торговлей. К тому же союз нам с нею нужен, чтобы спокойно по Каме плавать.
– А это тебе еще зачем? – не понял Минька. – Или тоже торговля?
– Торговля – само собой. А еще она не мне – тебе нужна.
– Мне? – искренне удивился Минька.
– А то кому же еще. Насколько я знаю, у тебя уже сейчас с железом проблемы начинают возникать. Про серебро я и вовсе молчу. А Кама – это прямая дорога на Урал. Там мы тоже два-три маленьких заводика поставим. И крепость у каждого. Но вначале, чтобы провозить их беспрепятственно, надо с булгарскими ханами договориться.
– Все для фронта, все для победы, – торжественно произнес Вячеслав.
– Точно, – подтвердил Константин. – К тому же у нас не один Батый занозой сидит. Про север не забудьте. Сейчас пока еще не поздно эстам помочь и выкинуть из Прибалтики орден меченосцев. Там сейчас обстановка такая, что только спичку поднеси – и все сразу полыхнет.
– А спичкой кто будет? – насторожился Вячеслав.
– Зачем спрашиваешь, коли ты и сам все знаешь, – улыбнулся Константин. – Именно ты. Вот только без коробка, то бишь без вооружения, она никуда. Замки немецкие брать – пушки нужны.
– Это агрессия, – неуверенно возразил священник.
– Агрессия была лет двадцать назад, – покачал головой князь. – Когда коренных эстов завоевывали, когда их крестили насильно. А мы как раз будем просто помогать местному населению бороться с агрессорами.
– И все-то у тебя через войну, все через кровь, – сокрушенно вздохнул отец Николай.
– Самый надежный фундамент, – заметил Константин. – Что на нем построено – на века. Между прочим, в религии тоже так. Да и сам Иисус. Он ведь тоже здание своей веры на крови построил.
– На собственной, – посуровел лицом священник.
– Так то же вера, – нашелся Константин. – А у хорошего государства фундамент в основном вражеской залит. Да ты не горюй, отче. Тебе тоже работы – непочатый край. Тебе еще прибалтийских дикарей крестить.
– А они что, до сих пор некрещеные? – удивился Славка. – Я-то думал – цивилизованный народ.
– Да какое там, – засмеялся Константин. – Это они сами о себе так говорят. А коснуться на деле – дикая отсталая нация. Причем сплошь и рядом. Тех же пруссов возьми – так до сих пор по болотам и сидят, как лягушки. То же самое литы, то есть нынешняя Литва.
– Это они только потом культурный облик приобрели, – догадался Минька.
– Смотря, что ты имеешь в виду под культурным обликом, – загадочно произнес Константин. – Например, первый учебник латвийского языка у них появился всего на пятьдесят лет раньше, чем у чукчей. Да и за тот пусть России спасибо скажут – наших ученых работа. Но это в той истории было. А мы сейчас свою начали строить. Здесь, я надеюсь, все иначе пойдет. И самое главное – это города поставить везде. Вообще-то это, наверное, самое приятное занятие – строить города. Вот еще почему я хотел, чтобы самым первым был именно Ряжск.
– Символично, – заметил Славка.
– Да не то слово. А деревом-то как свежесрубленным пахнет, чувствуете? И сам воздух здесь сочный, наливной, на зубах хрустит, как яблочко наливное.
Константин, блаженно улыбаясь, закрыл глаза, глубоко вдохнул и задержал дыхание.
– Переваривает, – благоговейно прокомментировал Славка.
– Да ну тебя, – засмеялся князь. – Лучше проконтролировал бы, как у народа работа идет. – Он кивнул, указывая на копошившийся внизу мастеровой люд.
