Она не очень понимает, для чего оставила в живых этого монстра, а жизнь подкидывает ей другие задачки, других противников, других врагов. Она долго была игрушкой, переходя словно трофей из одних рук в другие, но теперь она сама игрок, сама принимает решения и играет сама за себя, прибегая порой к запрещенным методам и посторонней помощи... с самой неожиданной стороны.
====== Игрушка ======
– Готово, – сказала Санса, наконец-то покончив со своей работой.
– О, миледи, – ответил ей один из рыцарей, которому она перевязывала рану, – клянусь Семерыми, ваши руки обладают целительной силой. Уж не колдунья ли вы? Хм-хм. – Леди Старк учтиво улыбнулась своему подопечному, но в ответ так ничего и не сказала.
Пожилой мужчина с взлохмаченными бровями принадлежал войску рыцарей Долины. Явно не привыкший к северным ветрам он страдал от холода. Боровшийся с тряской он постоянно растирал коченеющие ладони, кутался в легкий плащ и хорохорился перед юной леди, неустанно отпуская комплименты.
– Такими темпами воины в раз позабудут о ранах, и в Винтерфелле разгорится новая битва за ваши руку и сердце! Эх… Был бы я помоложе.
– Тут и без тебя желающих пруд пруди, старый ты развратник, – надевая наручи, ответил ему молодой паренек, с неприкрытым восхищением разглядывая леди Старк. На груди его были вышиты серебряные колокольчики, которыми он, видимо, очень гордился. Получив незначительные ранения, холод он переносил легче своих соратников, оттого и взгляд его светился неприкрытым самодовольством. – Старкам нужна кровь посильнее и помоложе, – сказал он, надевая на голову шлем, – а у тебя, старый Уэлл, уже кости от старости гремят!
– Смотри, как бы твоя голова не зазвенела! – парировал старик юному наглецу.
Воспользовавшись моментом, какой-то шутник подскочил к выскочке и стал стучать по его шлему изо всех сил.
– Да она у него и так звенит. Слышите? Уж не нужен ли Старкам звонарь?
Неуклюжий шлем и вправду зазвенел получше набатного колокола, спав своему обладателю на глаза. “Звенящий” покраснел, надул губы и, кажется, выругался про себя. Он попытался ответить своему обидчику, махнув кулаком, да, к еще большему конфузу, промазал. Едва не упав, обескураженный рыцарь вызвал новый взрыв всеобщего смеха.
– Ух! Раззвенелся-то… – подначивал его кто-то и, видимо, не в первый раз.
– Дон-дон, раззвенелся грозный Рон!
Находившиеся поблизости раненные, которыми занимались мейстер Уолкан и помощники бывшего болтоновского лекаря, вдоволь посмеялись столь безобидной шутке. Всеобщего веселья, помимо несчастного Рона, не поддержала только Санса. Она не смеялась. Даже не улыбнулась. В ее глазах блеснули обжигающие льдинки отвращения, и она хмуро стряхнула с плеча упавшие снежинки.
Старики, мужчины. Они все игрались словно маленькие мальчишки, позабыв о павших в недавней битве. Погиб ее младший брат. Рикон умер от рук монстра, об истинной жестокости которого все эти “храбрые” воины могли лишь предполагать. И, ведь, окажись кто-нибудь из них в «его» руках, от их спеси, наглости и храбрости не осталось бы и следа.
Леди Старк запахнулась в плащ. Где-то глубоко внутри еще кровоточили раны, оставленные суровой действительностью. Ей не сразу удалось взять себя в руки, но надев маску благочестия, Санса засияла самой простодушной улыбкой.
– Мои руки к вашим услугам, милорды, а вот сердце я приберегу. – окинула она взглядом всех свидетелей этой сцены. – Будет очень досадно, если столь бравые рыцари перебьют друг друга до победы над нашим общим врагом.
– Верно…
– Мы будем биться за вас из последних сил, миледи. Не сомневайтесь.
– Север выстоит!
– Мы с вами.
Воодушевленные мужчины, казалось, были готовы отправиться на битву с неизведанным врагом прямо сейчас, стоило лишь благословить их на столь великий ратный подвиг. С разных сторон полетели бахвальства и шутки. Старики предостерегали молодых от самонадеянности, рассказывая старые былины о белых ходоках, а молодые храбрились, припоминая свои пока еще малочисленные заслуги. То были рыцари Долины. Северяне, поболе пострадавшие в битве бастардов, были осторожнее в своих словах, и, хотя бойцы принадлежали разным домам, ходили под разными стягами и были воспитаны в традициях отличных друг от друга, и молодым, и старым, на самом-то деле, по-прежнему не верилось в предстоящие битвы с противником из живописных легенд.
Проворковавшая пожелания о скорейшем выздоровлении Санса тихо откланялась, скрывшись во всеобщем ажиотаже. Своей обходительностью ей удалось расположить к себе ни один десяток рыцарских сердец, но заглянул бы кто ей в душу – увидел клокочущий огонь.
Самоуверенные глупые мужланы! Каждый день она слышала эти глупые шуточки о своем потенциальном замужестве. Хватит. Пережив все свои браки, неудачные один к одному, ее «рука и сердце» принадлежали только ей. Больше хорошенькой игрушкой в руках мужчин она не будет. Никто более не посмеет к ней прикоснуться, решила она, шествуя под сенью родного замка.
