Эмелина посмотрела на Грету с восхищением.
- Ну даёшь, он столько времени ни на кого не смотрел. Неужто пироги сработали?
- Думаю, да.
- Вот только что-то подсказывает мне, такими пирогами ни одни мы его кормили. Нет, есть в вас, Хольм, магия какая-то, что мужикам головы сносит.
- Да ладно, тётя Эмелина, ерунда всё это. Давай ключ сделаем, пока у меня там не высохло.
Войти в само здание Управы, да и контору старосты было несложно. Двери открывались простым магическим ключом и защищали только от шаловливых подростков, да от чужаков. А вот с архивом всё сложнее. Открыть его мог только хранитель ключа, в данном случае – староста. Мало было снять с ключа копию. Магический замок должен был «узнать» в ней и хозяина. В редких случаях, когда старосте нужно было уехать, ключ оставляли помощнику, и настраивали его на временного хозяина. Для этого смешивалась кровь обоих и над ключом проводился магический ритуал. Вот только действовало заклинание дня два, не больше. А что касается семени, тут неделю можно протянуть.
Эмелина достала старый металлический ключ, положила его в блюдце, сверху расположила кристалл на проволочной подставке и скомандовала Грете:
- Светильник неси.
Грета принесла магический светильник и направила луч на розовый кристалл. Женщины стали внимательно наблюдать за тем, как металлический ключ корчится и перестраивается в новую форму. Как только он подпрыгнул в блюдце, Грета резко убрала светильник. Заготовка была закончена.
- Стели свой плат.
Плат - кусок холста с нанесёнными на него родовыми рунами – Грета расстелила на столе, а по центру водрузила блюдце.
Женщины посмотрели друг на друга. Эмелина вздохнула.
- Ну что уж там, не стесняйся.
Грета задрала подол юбки, слегка спустила нижнее бельё, сунула ключ себе между ног, потом вновь вернула его на блюдце. Эмелина стала читать заклинание, а Грета держала светильник наготове, чтобы пустить луч сквозь кристалл в нужный момент.
- Давай! – велела Эмелина, и Грета снова осветила лучом ключ.
- Должно быть готово.
Грета посмотрела на ключ и спросила:
- Точно получилось?
- Откуда ж я знаю, первый раз такое делаю, - бабка внимательно смотрела на ключ. – Пока узор магический не вижу, не остыл ещё. Давай подождём немного. Поешь пока, а то целый день там на одних отварах.
Пока Грета ела, Эмелина смотрела на ключ и между делом говорила:
- Выносить будем по одной книге за раз. Пока ты днём в конторе, я дома буду читать всё, относящееся к Хольм и последнему пришествию Гелала. Правильно?
- Да, и ещё нам нужно о проводнике между мирами.
- Проводник между мирами? Первый раз о таком слышу. Ладно, будем искать. Ну что ты скисла? – Эмелина заметила, что взгляд Греты потух.
- Нравится он мне.
- Кто? Староста?
Грета кивнула.
- Ещё бы, он мужик видный, порядочный, в деревне, да и Форте его уважают. Вот разберёшься с ребёночком Берты, вернёшься, да выйдешь за него.
Грета покачала головой.
- Ну как я её одну с ребёнком оставлю. Ей же помочь некому.
- Ничего, она ещё молодая, пристроится. Вон Магистр этот ваш опять же. Или студента там какого-нибудь охмурит. Хольм она или не Хольм, в конце-то концов.
Грета глянула на Эмелину и решила рассказать ей всё до конца:
- Не сможет она, ребёнок у неё особенный, у него ауры нет. Магистр сказал, что он, точнее она, способна открывать дверь между мирами. И что она сможет спасти нас от Гелала. И чем меньше народа об этом знают, тем лучше. А как от мужа такое скроешь?
Бабка сидела молча, теребя передник. Потом стала всхлипывать и размазывать рукавом слёзы по лицу.
- Тётя Эмелина, ну что ты, как-нибудь справимся.
- Да что же это такое! Дитятко наше несчастное, ещё и не пожила толком, а такие испытания на неё навалились, - запричитала бабка, раскачиваясь вперёд-назад на стуле. Потом вдруг рыдания резко оборвались, и она заявила:
– Магистра надо охмурять, он всё равно в курсе.
Грета не удержалась и рассмеялась:
- Да мы, Хольм, против вас, Нойманнов, дети неразумные.
- Так, Грета, ты поедешь в Зальхуб и останешься с Бертой до родов, а потом я к тебе приеду. Если возьмут меня на твоё место на работу, останусь с внучкой и правнучкой. А ты жизнь свою устраивай, молодая ещё. Да и закисла я в этой деревне. Неизвестно, сколько той жизни осталось, а я даже в Зальхубе ни разу не была.
За время этого монолога бабка принимала всё более боевой и решительный вид, отважившись на серьёзные изменения на старости лет.
- Ладно, тётя Эмелина, давай завтра всё обдумаем, - женщина бросила взгляд на блюдце. – Ну что там с ключом?
- Всё хорошо, готов к использованию. Пойдём попозже, когда деревня вся спать уляжется. Ты в архив полезешь, а я не стрёме постою.
Через несколько часов Грета и Эмелина на ощупь пробирались в здание Управы. Светильник зажигать побоялись, вдруг кто-то ещё ночью шарахается. Они периодически спотыкались о какие-то ветки и камни на дороге, бабка бурчала под нос ругательства.
- Что ж это у нас в деревне на дороге мусору-то сколько, и куда это твой староста смотрит?
Грета усмехнулась, быстро же её пристроили, и суток не прошло.
