Девушка крепко держала меня за руку. Как будто боялась, что отпущу, брошу на произвол судьбы в логове безумца. Вздрагивала, когда ветер, пронзительно завывая, бился в окна. Ёжилась от малейшего шороха.
Редкие факелы на стенах указывали нам дорогу к свободе. Разгоняли тьму, вплетаясь в неё приглушёнными отблесками. Жаль, не существовало такого пламени, способного прогнать страх, державший наши души в железных тисках.
Наверное, если бы не присутствие рядом девушки, за которую невольно считала себя в ответе, я бы сейчас сходила с ума от ужаса. Но мысль, что нужно выбраться самой и вернуть это юное создание, которое столько выстрадало, любящей семье, придавала сил и уверенности, что всё у нас получится.
Не может не получиться.
До лестницы добрались без приключений. Салейм крепко спал, а свирепствовавшее за стенами замка ненастье скрадывало шаги, стирало дыханья и громкое, исступлённое биенье сердец.
Моё так точно стучало набатом. И чем ближе подбирались к выходу из тагрового капкана, тем отчаяннее оно колотилось. Вон уже видны широкие двери. А засов вовсе не такой большой, каким запомнился. Сама подниму деревяшку, не сломаюсь, потому что Олеандра едва ногами перебирает. Время, проведённое в сыром подземелье, подорвало здоровье девушки.
— Давай, ещё немного, — шёпотом поторопила пленницу и крепче сжала холодную ладошку. — Почти выбрались.
Спасение было так близко. Свобода была почти рядом.
Тем страшнее оказались произнесённые с усмешкой громкие слова:
— И куда это мы собрались? Погода не пугает?
При звуке ненавистного голоса я и алиана замерли, словно обратились в камень, в который мечтала превратить Адельмара. Олеандра задрожала ещё сильнее, и я вместе с нею. От гнева. Уже целую вечность он рвался наружу, и больше я не собиралась его сдерживать.
Кто-то тут заказывал драконью магию?
Да пожалуйста! Будет тебе, Талврин, магия!
Обернулась, схлестнувшись взглядом с замершим на лестнице маньяком, и едва не зарычала, когда пламя свечи выхватило из полумрака усмешку, расползшуюся по лицу Адельмара. Выражавшую торжество и злорадство. Только за неё одну следовало насквозь проморозить мерзавца. Превратить в кусок льда этот кусок де… гтярного мыла.
— Что, правда надеялись сбежать? — спускаясь медленно и даже как-то лениво, с насмешкой в голосе проговорил маг. — А ты, Аня, оказывается, такая наивная.
— Представляешь, не я одна.
Не теряя времени на разговоры, с силой, на какую только была способна, ударила похитителя алиан магией проклятых драконов, и дальнейшее своё нисхождение Адельмар продолжил уже, считая ступени. Копчиком и головою. Кувыркающийся маньяк — захватывающее зрелище. Жаль, нельзя поставить на замедление или прокрутить назад. Чтобы просмотреть этот эпизод бессчётное количество раз.
Свеча выпала из рук мага, погаснув. А может, пламя погасло, когда превратилось в полупрозрачную стекляшку.
— Не холодно, милый? — поинтересовалась участливо, приказывая ледяным змеям овить предплечья пытавшегося подняться мага. — Этийа сила тебя интересовала? Ну как, нравится?
Эх, не удалось уйти по-английски. Но ничего, можно ведь и по-русски попрощаться. Так попрощаюсь, что до конца жизни помнить будет.
С которой, надеюсь, он в скором времени расстанется.
— Иномирянка с сюрпризом? — ухмыльнулся Талврин криво.
Дёрнулся, снова пытаясь подняться, но магия Герхильдов не отпускала.
— Так даже интереснее, — прошипел, прожигая ненавидящим взглядом.
Раньше я считала Игрэйта сумасшедшим. А теперь понимала, что Хентебесир вполне себе адекватный мужик по сравнению с Адельмаром.
Хотя нет, они оба с прибабахом.
Наверное, родители часто в детстве роняли…
— Или думаешь, пара трюков остановит опытного мага? — издевательское.
— Трюков у меня в запасе много, — обнадёжила негодяя и в подтверждение своих слов спеленала его ноги ледяной простынёй.
Вообще-то в своём воображении я мумифицировала Талврина, но вышло то, что вышло. Для дилетантки, как по мне, тоже вполне прилично.
Магия, миленькая, слушайся меня и дальше! Не подкачай, родная!
Адельмар что-то прошипел сквозь зубы. Не то ругнулся, не то душевно послал, и ледяной кокон, в который с таким усилием его упаковала, пошёл трещинами. Олеандра у меня за спиною отчаянно застонала, а я, пошатнувшись от внезапно накатившей слабости, с силой сжала кулаки и мысленно пожелала обрушить на мага айсберг.
Вот только айсберг не обрушился — лишь замельтешила над головой крошечная вьюга. Меня же ещё больше повело в сторону. Покачнулась, на миг зажмурившись, и услышала ядовитое:
— Надо быть экономней, девочка. Это знает даже маг-недоучка — нельзя выплёскивать сразу всю энергию.
Брезгливо отряхиваясь, как будто с него не ледяная крошка осыпалась, а сползали пауки с тараканами, Талврин поднялся. Стерев тыльной стороной ладони кровь, сочащуюся из разбитой губы, двинулся на меня.
