«Бытие определяет сознание?» — Чушь! — ответит вам Патрик Шарп — Эндорфин, дофамин, адреналин и серотонин — определяют наше сознание. И он будет прав, ведь Патрик Шарп менталист, и он точно знает какие химические процессы происходят в организме человека. Сага о Патрике Шарпе. Волею случая наш современник оказывается в чужом мире и в чужом теле. **** Продолжение приключений Патрика Шарпа. Судьба занесла его в исправительно-трудовой лагерь.
****
Раз в год малый круг клана ШМИТТ, по давно устоявшейся традиции, встречался в полном составе. На этой встрече обсуждалась политика клана на ближайший год, распределялся бюджет и утверждались исследовательские проекты. Встречались старейшины и главы родов в своей загородной резиденции в Альпах. Малый круг клана состоял из пяти родов-основателей: Ш — Шульц, М — Марсель, И — Индзаги, Т — Толсен, Т — Тилль. Именно эти пять родов определяли политику клана. Что примечательно, в клане ШМИТТ не было главенствующего рода: им правил малый круг, и все решения принимались большинством голосов. В клане были и другие рода, они определяли большой круг клана. На их ответственности лежали финансы, логистика, управление клиниками и аптеками. Но именно пять родов малого круга основали всемирно известный клан лекарей.
Во времена большой смуты лекарей убивали первыми. Тогда не было шагоходов, дронов и прочего металлолома. В те времена всё решалось мечом и артефактами. Поэтому устранение тех, кто умел лечить, было первоочередной задачей воинствующих сторон. «Пировали, веселились, подсчитали, прослезились». После окончания войн лекарей в этом мире практически не осталось.
И тогдашний Император собрал остатки лекарских родов и даровал им клан, дав полный карт-бланш на управление медициной в Империи. Это была необходимая мера, иначе Европе грозило вымирание от эпидемий. Так и появился на свет клан ШМИТТ. Да, именно этот клан и спас Империю от демографической катастрофы. Постепенно клан ШМИТТ, привлекая к себе лекарей, разросся до внушительных размеров. Империя выстояла, а клан ШМИТТ занял ведущее место в медицине. Времена изменились, нет больше разрушительных войн, и клан ШМИТТ крепчал из года в год. Злые языки поговаривали, что у ШМИТТов влияния не меньше, чем у самого Императора. Так ли это было на самом деле? Достоверно сказать нельзя, потому что то, что происходило в Малом круге, оставалось в Малом круге. Никто точно не знал, насколько ШМИТТы сильны. Но породниться с этим кланом хотели абсолютно все, включая имперские рода.
Загородная резиденция в Альпах охранялась не хуже, чем дворец Императора, да и вряд ли кто-нибудь осмелился шпионить за ними, ведь у всех есть свои отцы и деды, которым требуется помощь лекарей, поэтому с кланом ШМИТТ предпочитали дружить. Обычно малый круг собирался в первых числах января, сразу после Нового года, но на этот раз произошла задержка из-за вышедшего из под контроля эксперимента и его последствий. Именно поэтому сегодня, в виде исключения, была приглашена Эмма Толсен — глава службы безопасности клана.
— На данный момент объект отбывает наказание в трудовом лагере на Кипре, — закончила доклад Эмма Толсен.
Эмма Толсен не была лекарем, более того, её источник был всего лишь четвёрка. Казалось бы, паршивая овца в стаде, но концентрация десятка и её несгибаемая сила воли сделали Эмму главой службы безопасности клана в двадцать восемь лет. Добавьте к этому фанатичную преданность, плюс полное отсутствие принципов, и вы получите настоящего книжного злодея в юбке. Кроме неё, в зале находилось пять глав и пять старейшин родов Малого круга. Закончив свой доклад, Эмма прошла к своему креслу. Все уставились на Юргена Шульца. Ему было девяносто лет, и он был самым пожилым старейшиной клана ШМИТТ. Тот немного пожевал губами и выдал:
— Тут уместнее всего сказать: «А я вам говорил».
Многие закатили глаза. Юрген был отличным исследователем, но как многие учёные, он был черезвычайно зануден.
— Но я этого не скажу, — продолжил он после небольшой паузы, — вы, молодёжь, должны совершать ошибки и на них же учиться. А теперь разберём ваши ошибки. Итак, какая ваша первая ошибка? Кто скажет?
Все надолго замолчали. Эмма знала все ошибки, которые были сделаны лидерами клана, но не лезла вперёд, справедливо полагая, что когда надо будет, её спросят.
— Ну, если исходить из конечных результатов, то можно с уверенностью утверждать, что объект обуздал свой источник. Хоть это и немыслимо, что он остался в живых, — сказал Луиджи Индзаги, глава рода Индзаги.
— Такие случаи бывали, но только у слабых одарённых, — кивнул Юрген, — а вы подумали, что источник Истинного убьёт его сам, но вы даже не удостоверились в этом.
Будучи исследователем, он любил вот такие вот спонтанные «Brain storm».
— Вместо того, чтобы сначала инициировать объект, а уже потом стирать ему сознание, вы первым делом решили покопаться в его мозгах, — продолжил нудеть Юрген, — и как результат спонтанная инициация источника вызванная стрессом организма. Всё же нужно было изучить этот феномен, но вы решили начать интригу против Императора. А я говорил вам не спешите, дайте время.
— Юрген, мы могли потерять его просто так, ты же сам давал ему 48 часов, — возмутился Антонио Индзаги, старейшина рода Индзаги, — а так с паршивой овцы хоть шерсти клок.
Клан Индзаги, в отличие от Шульцев, заправлял внешней политикой клана и эту неудачу принимал близко к сердцу.
