К моему удивлению баргест действительно начал кататься по земле и выполнять команды Болтушки.
— Теперь голос! И на задние лапки встань! — продолжала издеваться та, а пёс все выполнял.
— А-а-а-а! Бездна! Мне еще и дрессированную собачатину в оболочку дали! — взвыл тот. — Все! Я побежал, пока из меня циркового шпица не сделали!
Пёс быстро умотал, перебирая своими короткими лапками и только его сердечко на попе было еще долго видно вдалеке, под аккомпанемент хохота Болтушки.
— Да уж, чего только не бывает, — почесал я затылок.
Однако его слова про «вуду-старуху» лишь прибавили мне головной боли. Сколько в этом городе вообще всяких магов-то? Энн, вудуистка, цветочники… И все сидят потише да держат держат голову пониже… Только вот ради чего? Также я еще задумался над тем, а есть ли вообще в городе хоть какие-то бродячие животные, что не являются одержимыми? Город все же относительно новый и взяться такому количеству гуляющих собак просто неоткуда. Все, кого я встречал как кошки и крысы были кем-то одержимы.
С такими мыслями я уже думал уходить, как сквозь смех феи услышал что-то… недалеко.
Это были какие-то голоса и приглушенные звуки… звуки ударов.
Заинтересовавшись я решил проверить и прошел вперед, где и увидел их…
Их было четверо.
Четверо парней примерно моего возраста, хотя один несколько старше остальных и он у них в компании явно главный. Вчетвером они ногами избивали кого-то еще, что, закрыв голову руками выл от боли и молил отпустить его, но веселящаяся и явно подвыпившая компания его не слушала.
— Ха-ха-ха! Как визжит, поросеночек!
— Ой, больно тебе? На!
— Давай обоссым его все вместе?
— Отличная идея. Эй, мудро, личико открой, чтобы мы тебе «росой» попали. Ха-ха-ха!
Компания веселилась, издеваясь над своей жертвой, что была младше и слабее всех. Явно какой-то школьник, которого зажали сюда и теперь всем коллективом избивали.
Вид всего происходящего напомнил мне о не самых приятных воспоминаниях…
В голове зазвучал издевательский смех, глумления и насмешки. Эти голоса напомнили мне о прошлом…
Воспоминания принесли лишь раздражение.
А потому терпеть подобное я не собирался.
— Эй вы! — вышел я из укрытия.
Четверка, что уже реально расстёгивала ширинки резко остановилась и обернулась ко мне.
Я же неспешно шел к ним на ходу доставая значок.
— Вали отсюда, утырок, пока и тебя не отмудохали! — зарычал главарь этой компании.
Он и трое его подручных стали приближаться.
Главарь крупный, на голову выше, явно занимается какими-то единоборствами, а вот его дружки похожи просто на крыс, что прибились к шавке покрупнее.
— Социальная служба, — показываю значок. — Лучше валите, пока не вызвал полицию.
— Напугал, — усмехнулся тот. — Тут камер нет, девочка. Не докажешь ничего.
Он подошел ближе, а его ребята стали окружать.
— Герой нашелся, сейчас посмотрим, как ты плачешь.
От него пахло алкоголем, зрачки расширены и лицо красное. Может принял и что-то посерьезнее. Его дружки недалеко ушли и ржут постоянно, наслаждаясь издевательствами. Один из них держит в руках бейсбольную биту, потому не стоит расслабляться.
— Что умолк? Нассал в штаны? Хер коротковат за слова отвечать? Сейчас твой значок тебе в зад засунем и сфоткаем. Телке твоей отправим, а потом пригласим её сюда, чтобы обслужила нас всех. Так поступают настоящие мужики. Те, кто правят улицами, те все решают, а не такие педики как ты!
Молча смотрю на него, когда он приблизился довольно близко.
Удар!
Его кулак влетает мне в живот.
Вовремя успею напрячься и сдержать его.
Слабо. Слишком слабо, чтобы я поглотил такое рефлекторно, а сознательно я просто не собираюсь этого делать. Боль, конечно, чувствуется, но даже синяка не будет.
— Понравилось? Еще хочешь? Давай устрою, девка. Будешь знать, как с настоящими мужчинами общаться. На колени, ничтожество, пока я добрый!
Да и не надо…
— В одном ты прав, — поморщился я. — Тут нет камер…
Резко в лево.
Вместо того, чтобы бить главаря первым делом я атаковал урода с битой и ударом в живот заставил мудилу сложиться пополам и рухнуть на землю выблевывая содержимое желудка. Оружие тут же оказалось в моих руках, и я метнул его в главного.
Тот увернулся, но сразу же получил в пах и упал, зажимая промежность.
Остальные тут же кинулись на меня.
Резко в сторону.
Лоукик и один из них валяется на земле, завыв от боли, а у второго я перехватываю руку и провожу болевой, а потом его башкой бью о мусорный бак.
Получив сильную затрещину, урод отрубается.
В это время главарь пришел в себя и поднялся.
