Окрашенное портвейном (сборник) полностью

– Здравствуйте. Я ваш новый учитель. Зовут меня Юрий Иванович. Давайте будем знакомиться, – этими словами я начал вчера свой первый в жизни урок.

– … Именем Российской Советской Федеративной Социалистической Республики объявляю вас мужем и женой… – позавчера я первый раз в жизни стал мужем.

Связи между этими событиями никакой. Или почти никакой. Если не считать, что и школу, и женитьбу я рассматривал, как досадные недоразумения, которые со временем рассосутся: я стану свободен от школьных и семейных уз. Я не очень ясно представлял, как это может получиться, но очень надеялся на прилет какого-нибудь волшебника, который скажет мне: «Ты свободен».

Для кого-то такое стечение обстоятельств могло оказаться счастливым: любимая работа, любимая жена, а у меня все с частицей «не», поэтому и ощущал себя глубоко несчастным человеком, тихо и недовольно бурча себе под нос на свою неудачную жизнь. Может быть, если бы эти события были разведены во времени, я бы переживал чаще, но не так глубоко.

О том, что я должен жениться, знал примерно за полгода до свадьбы. «Должен» не в том смысле, чтобы грех прикрыть. С Маняшей у нас все было по правильному: дочка родилась через девять месяцев после свадьбы. Просто я пообещал Маняше, что женюсь на ней. И пусть тысячу раз сожалел о своем обещании, но отказаться от своего слова не мог.

31 декабря 1979 года. Последний студенческий Новый год. За последние три года состав костяк компании не менялся, по крайней мере, мужская ее часть. Может быть оттого, что нас было мало, и мы дорожили своей дружбой. Женская часть была более мобильна: каждый праздник всегда появлялись новые девчушки – хохотушки. Разнообразие девичьих лиц без ложной скромности скажу, моя заслуга. Нет, конечно, почти у всех были девушки, но на каждый праздник новая – только у меня. Как поздравительная открытка. Изображение новое, а содержание? Что содержание. «Дорогой друг поздравляем тебя с праздником»…

Этот Новый год отмечали мы на даче. Дощатый домик, но с печкой. К трем часам дня был полный сбор. Растопили печку, стали готовить стол и периодически выпивать. Особой изюминки в наших празднествах не было, все, как у всех: выпивка с незамысловатой закуской, песни с анекдотами, танцы с постелью. Просто нам казалось, что мы самые веселые и жизнерадостные. Иногда порядок действа менялся, в частности у меня: я от первого номера программы сразу переходил к последнему, минуя танцы. Это не было связано с какой-то повышенной моей сексуальностью. Просто я очень быстро напивался, и меня укладывали спать. Но были, были моменты просветления, когда рядом ощущалось чье-то плечо. Правда, не всегда женское.

Из-за того, что праздник предстоял долгий, в целях экономии сил я пару раз прикладывался подремать, но даже такой рациональный подход меня не спас: окончательно сломался и заснул на рубеже старого и нового годов.

Проснулся потому, что успел выспаться и замерз. Тонкие стены не очень-то держали тепло. Открыв глаза, понял, что в постели не один. Рядом на спине со сложенными на груди руками лежал Андрей, он не спал, уставившись глазами в потолок.

– Ты давно здесь? – спросил я его.

– Точно не знаю.

– Ты с прошлого года здесь или с нового?

– С нового.

– А я?

– Про тебя трудно сказать. Головой ты был в старом, а ногами уже в новом.

– Это как?

– Соображать ты перестал задолго до Нового года, а ножками еще несколько минут двигал в новом. – Андрей ехидно хихикнул.

– Я чего-нибудь наколбасил? – уже заранее знал ответ на свой вопрос, но хотелось подробностей.

– А когда ты не колбасил. Пришел с Наташей. А сам приставал к Машке. Прохода ей не давал.

– Е – мое. И Наташа чего?

– Чего – чего. Глаза вытаращила. И не знает, то ли плакать, то ли смеяться.

– А Машка чего?

– Как обычно. Ни в чем тебе не отказывала.

– И чего ей от меня надо?

– Тихой семейной гавани, – Андрей снова хихикнул

Обрывки новогоднего вечера, смазанные и неотчетливые, всплыли в памяти. Машины губы были в салате и ощущение, что не целовался, а закусывал. Наверняка, первая ко мне полезла. Неуютно поежился от неприятных воспоминаний и холода.

– Пойду печку растоплю, а то задубеем совсем.

– Я с тобой. Заодно и перекусим.

Мы вылезли из кровати. Я огляделся. Судя по скошенным потолкам комнаты, находились на втором этаже.

– Я сам сюда добрел или как?

– Или как.