Катрин начала писать, а остальные немедленно принялись собачиться по поводу катастрофической ситуации с подвозом хлеба. Штабс-капитан справедливо указывал, что Округ и вообще военные власти к снабжению продовольствием отношения не имеют, у самих с этим сложно. Представители Смольного так же справедливо указывали, что раз Округ на стороне правительства, то пусть и ответственность разделяет. Полковников не вмешивался, следил за набросками шпионки.
- Стараюсь лаконично, времени в обрез, - пробормотала Катрин.
- А вы ведь действительно умеете формулировать, - отметил генерал. - Сыскное агентство, говорите? Недурные штабисты у пинкертонов.
Проект унесли на перепечатку, переговорщики обсудили план безотлагательных мероприятий. Собственно, с чего начинать было уже вполне очевидно. В следственную группу вошли: от штаба Округа штабс-капитан Лисицын, от ВРК товарищи Дугов и Островитянская, себя Катрин вписала как эксперта-секретаря. Принесли резолюцию, поставили подписи.
- Транспорт вашей группе нужен? - мрачно осведомился генерал.
- Имеем, - заверила Лоуд. - Катерина, что нам еще нужно будет?
- По десять вооруженных человек от Зимнего и Смольного. Дежурные мобильные группы, - Катрин указала куда-то в сторону окна. - Когда мы найдем пулеметчиков, а мы их найдем, брать будем совместно. Дабы не возникло недоверия и обвинений в провокациях, обмане, подлоге и всяком прочем. Товарищ Чудновский, и вы, ваше превосходительство, убедительно прошу выделить людей спокойных, опытных, чтобы друг друга раньше времени не перестреляли. Вот закончим дело, тогда пожалуйста.
- Люди будут, - заверил комиссар Чудновский, с вызовом глядя на генерала. - Нужно будет, и полсотни, и сотню выделим.
- Сотню не обещаю, но от нас будут самые опытные, - дернул углом узкого рта Полковников. - Товарищ, гм, Мезина, задержитесь на мгновение. У меня сугубо технический вопрос по пулемету.
Кабинет огромный, с видом на площадь. Жаль будет Полковникову отсюда уходить. Впрочем, он тут недавно, наверное, еще не прикипел.
- Бог с ним, с пулеметом, - прикрыв красные от бессонницы глаза, сказал молодой и некрасивый генерал. - Послушайте, Екатерина, я расспрашивать не хочу, и заставлять лгать тоже не хочу. Но вы же не "товарищ"? Вижу, что дворянка, и отнюдь не из идейных социал-демократов. Платят? Если честно?
- Не в том суть, Петр Георгиевич. Я - "товарищ Мезина". Ничего с этим не поделаешь. Привыкла к этому обращению. Я ведь из унтер-офицеров.
- Едва ли, - усмехнулся генерал. - Не очень вы похожи на ударниц.
- Специфика иная. А по сути... Тот же германский фронт. И очень мне жаль, что сейчас у мостов Невы нам бодаться приходится. Временно это дело. Как и правительство, что вы защищаете. Понять можно, но... Тупик. Скрутился узел, затянулся, лопнет, кровью умоемся. Потом опять: Днепр, Буг, Прегель, Шпрее. Отступления, наступления, окружения, сидение в окопах и обходы-прорывы на сотни верст.
- Думаете?
- Уверена. Года идут, враг все тот же. Но нынешние пулеметчики русские-русскоязычные, наши, доморощенные... Все время, мля, под ногами путаются, умы смущают.
- Не сквернословьте, вам не идет, - вздохнул генерал. - Берите пример с родственницы. Очаровательнейшая особа.
- Разве родственница?
- Я ничего не утверждаю. Но какой смысл скрывать? Похожи вы, несомненно и очевидно.
- Тогда ладно. Пойду я, ваше превосходительство?
- Желаю успеха. Папирос возьмете?
- Благодарю, обещала семье, что брошу курить.
Катрин сбежала по лестнице. "Лорин" хищно урчал, жаждая сорваться с места.
- Это что вы там за сепаратные переговоры устроили? - возмутился прямолинейный Дугов.
- О личном, Федя, сугубо о личном, - шпионка с ходу запрыгнула в перегруженную машину и лимузин рванул как бешеный.
- Между прочим, дверь я починил, - скромно заметил Колька-Николай, энергично вертя роскошную полированную "баранку".
- Молодец, всем бы так управляться, - Катрин уместила ноги, поправила полы полупальто.
Вот чего не хватало в чуде французской техники, так это печки.
Глава двенадцатая. Накануне. Утро.
- Дохлый номер, - с досадой признал Гаолян, цедя теплый чай. - Ничего мы нынче не узнаем - вон, суета какая.
- Суета суетой, но и конспирация роль играет, - заметил Андрей-Лев, доедая кашу. - На нас не написано, что мы из боевой группы, так с какой стати с нами откровенничать?
