-Вот тут я тебя и устрою, – протянул Локи, аккуратно укладывая тело на диван в более свойственной для Люси позе. Он делал это так бережно, будто на его руках была настоящая Хартфилия. Сверху укрыл лежащим в кресле пледом и сунул под руку первую попавшуюся книгу с полки. Оглянулся вокруг, будто пытаясь запомнить это место навсегда, ведь после такого от него не останется ровным счетом ничего. Только пепел и обрывки собственных воспоминаний. На глаза тут же попалась фотография в темной рамке, стоящая на комоде среди всяких баночек и флакончиков, которыми Люси перестала пользоваться еще год назад, когда, наконец, поняла, что натуральная красота намного лучше. Тут вся их шумная гильдии в сборе, тут Локи еще не был ее духом. Эти улыбки, смех, крики. Он, казалось, слышал все это сейчас. Вот Нацу пронесся, как торнадо, налетев на расслабившегося Грея с дикими воплями. Секунда и они оба падают на пол, к ним подключаются и другие волшебники, и в итоге вокруг них тут же начинается очередная драка. Вот Эльза, покачав головой, поднимается с насиженного места, оставив свой любимый кусочек торта и, взяв в крепкую руку, облаченную в доспехи, меч, не спеша идет в самый центр, чтобы усмирить этих драчунов. Люси тепло улыбается, сидит рядом с Леви и смущенно отводит взгляд, когда синеволосая хвалит ее первый писательский опыт, запоминая каждое ее слово. За барной стойкой Мира протирает посуду, рядом с ней Лисанна ставит кружки на полку, еще левее уже бессознательный Эльфман. Кана как всегда откупоривает очередную бочку и на колкое замечание двух закадычных друзей – Макао и Вакабы, бросает взрывоопасную карту прямо в кучу волшебников. Там уже и огонь Нацу полыхает, и лед Грея быстро замораживает близ стоящих магов в самых нелепых позах. На втором этаже сидит команда Громовержцев, не желая вмешиваться в этот беспредел и только одаривая волшебников на низу косыми взглядами. На перилах в компании уже пустых кружек сидит старичок Макаров и улыбается, глядя на своих детишек. Тогда им все казалось таким идеальным… Они думали, что ничто и никогда не сможет разлучить их дружную гильдию, даже смерть, но оказались не правы. Именно костлявая постаралась, отобрав жизнь Люси, а после вернув, но с такими последствиями. В груди все предательски застонало. И почему она не забрала ее? Недолго думая, Лев тонкими пальцами вытащил этот клочок бумаги и быстро, чтобы Вирго не увидела, засунул в карман. «Пусть хоть что-то напоминает ей о друзьях» – так он решил. Дева вернулась с несколькими бутылками, наполненными спиртным. Откуда оно взялось здесь Локи знать не хотел, хотя и подозревал, что Хартфилия так забывалась, на некоторое время отключаясь и не осознавая ничего. Дева подозрительно присматривалась к жидкости и принюхивалась, а после, переведя взгляд на Льва, спросила:
-Я нашла это на кухне. Пригодится? – Лев кивнул и, взяв в руки первую, откупорил, в изобилии полив весь комод, а после и диван, где покоилась «Люси», плед, да и само тело. Дева, оставив в его распоряжении еще две, поднялась наверх, принявшись поливать спальню Хартфилии, ее кровать с пастельным бельем, туалетный столик, белый пушистый ковер. Стол с ее драгоценными рукописями, которые она так трепетно скрывала ото всех. Деве и самой было смешно наблюдать, как каждый, кто посмел прикоснуться к ее начатому роману, через секунду был впечатан в стену, а сама Люси хватала все листки, глядя на этого мага как на врага народа. Вообще этот дом был дорог Деве, как и Льву. Пускай она не была с Люси с самого начала, но все равно. Она успела полюбить шумную гильдию, где всегда что-то происходило, всех волшебников и свою хозяйку. Сражаться за Люси она считала своим долгом.
Все, что осталось в бутылке, Вирго использовала, создав прямую непрерывную дорожку по ступенькам вниз.
-Я закончил, а ты? – Дева, сунув бутылку в пакет к остальным, кивнула. Последний раз дух обвела взглядом, ставшую родной для нее комнату и криво улыбнулась. Ну, вот и все. Пришел конец их счастливой, веселой истории в этом городе. – Вот и все. Готова? – маленький огонек спички сверкнул в руке Локи, а он ожидал только ответа подруги. Дева, утерев одинокую слезу ладонью, вновь кивнула. Легким движением Лев откинул спичку прямиком в лужу, которая тут же вспыхнула. Сразу же появилось бледное пламя, постепенно переходя на диван. – Горите все ее воспоминания.
-Мы все сделали, – печально проговорил Локи, став позади Люси, а в этот момент в груди Хартфилии все разом оборвалось. Теперь нет дороги назад, нет дома, нет и ее. Все сгорит. Не хотела плакать, но слезы сами набежали на глаза, застилая их пеленой. Не хотела испытывать боль и приносить ее, но сделала это вновь, сама. Судорожно вздыхая, пыталась унять нахлынувшую истерику, перебороть чувство вины, перебороть саму себя. Дух позади нее молчал. Не мог найти еще хоть что-то, что можно сказать ей сейчас. Можно было бы попытаться успокоить ее, но Лев посчитал, что лучше ее сейчас не трогать. Она должна сама понять все и разобраться в себе.
