Чувствуя, как горячие пальцы скользнули к шнуровке, а другой рукой обхватили грудь, я прогнулась в пояснице, желая, как можно скорее избавиться от всех препятствий.
– Мистер…
– Ш-ш-ш. – Прошептал он, проводя языком по моим распухшим от неистовых поцелуев губам. – Оставь официальный тон кому-нибудь другому, Канни.
Голова шла кругом, я не могла поверить в происходящее, но оно мне явно нравилось. С каждым движением, каждой лаской мне хотелось этого мужчину все сильнее.
– К-как ты назвал меня? – Едва ли смогла вымолвить я, чувствуя игру его языка на своей груди.
– Канни. Не нравится?
– Наоборот. – Это сокращение вызвало во мне столько теплых эмоций, что я сама потянулась к мужчине, жадно юркнув пальцами под черную рубашку. Его пресс напрягся, а с губ сорвалось рычание перерастающее, в самое настоящее, мурлыканье.
Раздавшийся стук в дверь и неразборчивое бормотание заставили меня напрячься.
– Кто-то стучит…
Нехотя отстраняясь, Ричард Брессер прислушался. Радость мгновенно слетела с лица. Крепче прижимая меня к себе и заглянув в глаза с такой мольбой, что защемило сердце, он прошептал:
– Останься со мной…
– Я не понимаю.
Но тут я услышала голос мужа и внутри все оборвалось.
– Мистер Брессер, великодушно прошу прощения, если тревожу вас, но вы не видели мою супругу? Мистер Брессер?
Стоунтбери громче затарабанил в дверь, нетерпеливо причмокивая языком.
– Нет, прошу тебя, не отдаляйся от меня снова! – Зашептал Ричард, оставляя невесомый поцелуй в уголках губ, но было уже поздно.
Я поспешно встала, с отвращением бросая взгляд в зеркало. События минувшего вечера калейдоскопом завертелись пред глазами, и я почувствовала себя так погано и грязно, словно совершила нечто ужасное… А так оно и было…
– Этот болван должен был вернуть только через четыре дня! Черт! – Ричард Брессер кипел от негодования. Приблизившись, он схватил меня за плечи, заставляя повернуться и бросить торопливые попытки зашнуровать полностью платье. – Канни, посмотри на меня! Ни смей этого делать, слышишь? Ни смей просто выйти к нему, словно ничего не произошло!
– Мы не должны были поддаваться порыву. Я замужняя женщина…
– Нет, нет, нет! Мы оба хотели этого, и если бы не он… все зашло куда дальше. Хочешь, я прямо сейчас сверну Клэйтону шею? Ты же знаешь, мне не составит это особого труда.
– Нет! Мистер Брессер, не трогайте его. Этого не должно было случиться. Я… Я чувствую себя ужасно. – Взмолилась я, позволяя подступившим слезам скатиться по горящим щекам.
Лицо Ричарда Брессера стало бесстрастным и приняло прежнее холодное выражение, пальцы расслабились, с силой отталкивая меня от себя. Ничего не ответив, он подошел к двери и широко распахнул ее, так и не позволив мне привести растрепавшиеся волосы в порядок. На пороге, прислушиваясь, стоял мой муж…
– Карнелия? Что вы делали там… вместе? – Подозрительно сощурил глаза Клэйтон Стоунтбери. Его помятый вид, недельный перегар еще больше заставляли сердце сжаться, а слезам обжечь глаза.
О небеса, что я наделала?..
– А на что это похоже? – Прозвучал стальной голос мистера Брессера.
Меня окатило ледяной волной, сердце подпрыгнуло и прежде чем Клэйтон смог поразмыслить над вопросом, я быстро заговорила:
– Я пришла забрать письма, что отправила Милена.
– И где они? – Покосился на мои руки недалекий муженек.
– Несколькими минутами ранее я отдал их служанке. Видимо они разминулись. – Темнее тучи проговорил Ричард Брессер, скрещивая руки на груди.
– Ох уж эта прислуга, ничего вовремя не приносят. – Хихикнул Клэйтон, шумно выдыхая.
Придерживая меня за талию, он направился за вещами. Еще недавно, на месте его рук покоились другие… чужого мужчины… За один вечер изменилось все. А главное, изменилась я.
Словно дурное знамение меня разбудила ударившаяся в окно птица. Раскинув крылья, она замертво рухнула на землю в тень к цветущим розам.
– Не к добру это, – пробормотала я себе под нос, поднимаясь с кровати.
Сегодня мне захотелось нарядиться во что-то светлое, давненько меня не посещало такое желание. Отдав предпочтение бирюзовому легкому платью с кружевным воротком и манжетами, я заплела волосы в расслабленную косу и поспешила на завтрак.
Еще на лестнице, я услышала мужские голоса. Клэйтон, как всегда, приглашал не успевшего скрыться бедолагу испить с ним чая. Но стоило до моего слуха донестись ответу, как я замерла, вцепившись в лестничные перила. Все изменилось… я больше не могла игнорировать этого человека, как раньше. Мы переступили черту.
Губы защипало от воспоминаний, и я мгновенно прикоснулась к ним кончиками пальцев.
Глубоко вздохнув, я все же спустилась.
– А вот и моя женушка. – Поцеловав меня в щеку, Клэйтон по собственнически притянул меня к себе. – Милая, ты же составишь нам компанию?
Я выдавила из себя подобие улыбки и поспешила отстраниться от муженька.
– Чудесно! Пойду распоряжусь, чтобы накрыли стол еще на одного человека. – Проговорили Клэйтон, поправляя алого цвета рубашку и широкими шагами направляясь в сторону кухни.
