Он махнул рукой и направился к коридору, ведущему к колодцу, по которому оба товарища прибыли сюда. Войдя в проход, он резко повернул за угол. Сделав шаг, конунг налетел на какое-то тело и сбил его с ног. Тело отлетело куда-то в глубь коридора, и тишину нарушил истерический вопль, производимый голосом Счастливчика Свейна:
— На помощь! Здесь огромное чудовище! В темноте послышался лязг доставаемого из ножен меча. «Сейчас этот псих в темноте еще пропорет мне брюхо, как потом Хэймль с этим сбродом будут тащить кристалл?» — подумал Торкланд и благоразумно отступил назад. Инглендский король вернулся в зал и прижался спиной к стене. Не успел он закончить этот маневр, как в проеме, подгоняемый страхом к активным действиям, появился Свейн с весьма свирепым выражением лица и обнаженным мечом.
Олаф, оказавшийся у воина за спиной, ухватил викинга за ворот кожаной куртки, торчащий из-под рваной кольчуги, как щенка, и поднял над землей.
В этот момент стоящий посреди зала и увлеченно изучающий кристалл Хэймлет повернулся и застыл, глядя на происходящее. Его поразило не то, что вытворял его большой друг, к этому он уже привык, — он никогда в жизни не видел такого ужаса, какой был написан на лице Свейна.
— Эй, Олаф, брось его, он сейчас сдохнет от разрыва сердца! — выкрикнул датчанин.
Но успокоительные, казалось бы, слова Хэймлета оказали на Свейна совершенно обратное действие. Датчанин, считавшийся мертвым, находился на одной линии с камнем и загораживал его от взгляда викинга. Воину фигура молодого конунга предстала обрамленная призрачным голубым сиянием. Свейн обмяк в руках Торкланда.
Олаф взглянул на друга. До него вдруг дошло то, о чем сейчас подумал Свейн, глядя на Хэймлета, и Торкланд громко захохотал. Его смех, усиленный эхом огромного зала, разнесся по пещере. Свейн, собравшийся было отправиться в обморок, вдруг оживился и, вывернув голову, взглянул через плечо. Его лицо стало приобретать нормальный вид.
«Может, Хэймлет, и призрак, но ведь Олаф — живой и реальный, он обо всем позаботится», — подумал Свейн и успокоился.
Торкланд аккуратно опустил своего воина на пол пещеры.
— Спрячь меч, дубина, чуть меня не порубил, недоумок, — укоризненно произнес Олаф. — Что ты на Хаймлета таращишься? Никакой он не покойник, а вполне даже настоящий.
В это время датчанин отошел в сторону, открыв взгляду Свейна источник голубого свечения. Воин, уже совсем придя в себя, облегченно выдохнул.
— Я, Олаф, за тобой спускался, мы ремни связали, еле хватило, — как бы оправдываясь, пробубнил Свейн.
— Ничего, я на тебя не злюсь. Это вы молодцы, что своего конунга в беде не бросили, — похвалил Торкланд. — А теперь бегом зови остальных, нам вон тот камушек вытащить надо, иначе мы никак не выберемся из этих подземелий.
Довольный, что столкнулся с Олафом, а не с пещерным чудовищем, хирдман исчез в темном проеме коридора.
— Эй вы, давайте все вниз! Конунг зовет, он здесь живой и невредимый! — послышался оттуда крик Свейна. — И конунг Хэймлет тоже здесь и тоже живой, — последовало продолжение.
Какое-то время стояла тишина, потом раздалось шуршание, и из темного коридора явился Сигурд. Он радостно поднял руки, приветствуя считавшихся погибшими обоих предводителей. Сразу за ним показались Кабни и Локкинсон. Последним с видом собственной значимости вышел Счастливчик Свейн, Когда и как в зале появился Чипи, никто не заметил. Он просто возник возле Хэймлета.
Олаф поморщился, его раздражала эта привычка пикта, но он воздержался от замечаний. Торкланд вкратце объяснил викингам суть дела, и те, оставив все вопросы до лучших времен, принялись за работу.
Всем вместе им удалось даже приподнять голубой камень и донести его до входа в коридор, ведущий на карниз. Люди немножко передохнули и поволокли свою ношу дальше. Этот проход был достаточно широк, чтобы викинги могли там пройти, со всех сторон обступив камень и не цепляясь спинами за стены. Однако кристалл был тяжелым, и им приходилось часто опускать его на землю, чтобы перевести дух.
— Эй, парни, поднажмем еще немного, что вы еле тащитесь, словно черви после дождя! — подбадривал товарищей Торкланд.
Люди с ног до головы обливались потом, но, к счастью, карниз был уже близко.
Кряхтя, викинги выволокли камень из пещеры.
— Ну, молодцы, ну, герои, я и не думал, что у вас что-нибудь выйдет. Сердце Ужаса довольно увесистая штука. Я даже готов за это вытащить вас всех, а не только этих двоих разгильдяев, — кивнул в сторону обоих конунгов Локи, встречая на карнизе людей.
— Хотел бы я посмотреть, как бы ты это сделал, ас? Без нашей помощи ты не сдвинешь эту штуку с места, — зло ответил усталый и раздраженный Торкланд.
— Ты забываешься, человечишка, за пределами логова ужвутов я и сам легко справлюсь, — прищурив глаз, возразил Великий.
Локи подошел к светящемуся камню и положил на него обе руки. Вмиг кристалл уменьшился до размеров заячьей головы, и хитрый бог спрятал его за пазухой.
