«Считаю нужным сказать несколько слов в объяснение драматической моей пародии "Олег под Константинополем".В тридцатых годах русскую историю преподавал в Московском университете М.Т.Каченовской, имя которого навсегда останется в летописях русской исторической науки. Студенты были увлечены скептическим его взглядом. Молодость любит критическое направление и охотно сомневается…»
Считаю нужным сказать несколько слов в объяснение драматической моей пародии «Олег под Константинополем».
В тридцатых годах русскую историю преподавал в Московского университете М. Т. Каченовской, имя которого навсегда останется в летописях русской исторической науки. Студенты были увлечены скептическим его взглядом. Молодость любит критическое направление и охотно сомневается.
По-видимому, это противоречит стремлению верить, – стремлению, которое составляет отличительную черту молодости; но здесь противоречие только видимое, ибо само сомнение молодость часто принимает за веру. В таком, очень нередко одностороннем влечении к скептицизму лежит часто прекрасная основа: все испытать, все проверить своим умом, ничего не принимать без труда и ради авторитета.
Увлекаясь тогда, вместе с другими, скептическими мнениями профессора, я увидал потом их ошибочность. Тогда, под влиянием этого скептицизма, написал я, с одобрения товарищей, эту пародию, в которой преувеличил до крайности мнения противников представив Олега государем эпохи развитой и просвещенной. Вместе с тем это была пародия и на стихотворные идеализации истории в появлявшихся тогда некоторых патриотических драмах, и вообще на звучность стихов, иными принимаемую еще и теперь за поэзию Небольшой отрывок из этой пародии был напечатан в «Телескопе» под псевдонимом «Эврипидин».
Вот что счел я нужным сказать читателям «Олега», если они будут.
Пародия эта потеряла современность, а вместе с тем, может быть, занимательность, но я полагаю, что для иных будет любопытно узнать, какого рода литературные пародии писались в 30-х годах нашего столетия.
Олег, князь Киевский.
Игорь, сын Рюрика, предшественника Олега, наследник престола.
Свенельд, военачальник.
Леон, царь греческий.
Греческая царевна.
Дулеб, воин.
Древляне.
Поляне.
Лутичи.
Северяне.
Тиверцы.
Радимичи.
Дулебы.
Хорваты.
Греки.
Варяжская дружина, воины, народ и проч.
Якун и Ингелот, варяги.
Всеслав, молодой воин.
Людмила, киевлянка, его невеста.
В эпилоге – профессор и студенты.
Первое и второе действия драмы – в Киеве, третье – в Греции, близ Константинополя.
Олег сидит на троне, окруженный своими военачальниками, вельможами и проч.
Представители всех подвластных ему народов поочередно подносят ему дани и говорят речи. Многие уже представлялись и отошли к стороне, некоторые еще подходят.
