– И то: такие как-то сразу начальничками быть перестают. Не все, но большинство, и вовсе не за то их снимают, что они на меня пожаловались. Просто специально обученные люди авторов всех таких жалоб – не только на меня, а на любого руководителя сколь-нибудь значимых предприятий – тщательно проверяют на предмет нетрудовых доходов, и что самое интересное, они почти всегда такие нетрудовые находят. Потому что те, у кого все доходы трудовые, никому ни на что не жалуются, они стараются своим трудом еще больше заработать, им жалобы просто некогда писать.
– Ну, не знаю, я слышал, что на тебя и руководители некоторых предприятий девятки жалобы писали.
– Это тоже бывало, но и тут почти всегда оказывалось, что жаловались они не из-за того, что я что-то не так делала, а чтобы свалить на Комитет собственные про… проколы в работе. Или, чаще, это была грызня за бюджетное финансирование, на которое, по их мнению, я какое-то влияние имею.
– А ты разве не имеешь?
– Прямого – точно нет. А косвенное… я просто высказывала свое мнение по некоторым потенциальным проектам, которые считала ошибочными. Но почему-то во всех случаях, когда я выступала против какого-то проекта, но ко мне не прислушивались, всегда проект этот проваливался. Но, откровенно говоря, я что-то не припомню, когда я кому-то на горло наступала… всерьез. Хотя… Впрочем, можешь не волноваться: у нас есть генерал Лена, которая особенно внимательно следит за тем, чтобы у нас все было хорошо.
На самом деле я все же на горло уже довольно многим известным товарищам наступила, хотя все же довольно опосредованно: маишные самолетики (и сельхозник, и пассажирская малютка) по сути дела «отменили» две программы Антонова и одну – у Яковлева, а сейчас я точно собиралась сделать больно (финансово больно) товарищу Туполеву. Правда, о последнем пока еще почти никто не знал, а те кто знали, никому ничего не рассказывали… Так что да, некоторые советские авиаконструкторы были мною недовольны, но недовольство они пока что молча при себе держали.
А не держал недовольства товарищ Королев – но на его недовольство вообще всем начхать было. Потому что он на меня (точнее, все же на КПТ) жаловался не потому, что я ему что-то плохое сделала, а потому что не сделала хорошее: не обеспечивала ОКБ-1 по первому свистку новыми вычислительными машинами. Но таких «жалобщиков» (в основном, конечно, менее именитых) было столько, что на подобные жалобы вообще в руководстве страны внимание обращать перестали. Почти перестали, все же Николай Семенович у меня как-то поинтересовался:
– Светлана, а почему вы разным бухгалтериям вычислительные машины даете буквально по первому требованию, а вот инженерам и конструкторам даже в крупнейших КБ их не предоставляете?
– А вы поинтересуйтесь в тех же КБ, почему они сами у себя в бухгалтериях машины не забирают и конструкторам своим не передают.
– Много таких КБ разных, долго у них интересоваться – поэтому я у тебя и спрашиваю.
– Потому что сейчас предприятия Комитета в основном делают машины именно бухгалтерские. Спроектированные специально для того, чтобы быстро и просто зарплаты сотрудникам рассчитать, расчеты с поставщиками и потребителями качественно проводить, другие сугубо бухгалтерские задачи решать. Еще их можно очень эффективно в отделах кадров применять, а вот для расчетных инженерных задач… тоже можно использовать, но эффективность их при этом будет примерно такой же, как при использовании инженерного калькулятора. Но калькулятор у нас стоит тысячу двести, а ЭВМ бухгалтерская – уже больше двадцати пяти тысяч.
– Но у тебя же и мощные инженерные… под решение научных задач разработанные, машины выпускаются?
– Да, не спорю. Фокус тут лишь в том, что мощные вычислительные машины пока и стоят у меня миллионы рублей, и производится их по несколько штук в год.
– А увеличить их выпуск? Я слушал, что для Томского университета у тебя машину буквально за неделю собрали.
– Смысла нет.
– И почему?
– Я же сказала: машина стоит сейчас миллионы. Но с переходом на новую топологию – которая ожидается примерно через год – цена упадет на пару порядков, а главное – появятся устройства, которые сделают использование этих машин простым и удобным. Вот прямо сейчас у того же товарища Королева в КБ писать расчетные программы, необходимые инженерам, могут лишь очень немногие люди, я думаю, хорошо, если два десятка человек там смогут нужные программы ставить. А вот когда появится вся нужная периферия и системные программы, помогающие инженерам свои задачи просто решать, вот тогда вычислительная машина, причем стоимостью такой же, как и бухгалтерская, станет настольным инструментом любого инженера. Кстати, по-настоящему настольным…
– Тогда непонятно, почему ты сейчас миллионные машины в университеты и некоторые институты ставишь.
