Сын жил как потеряный, забросил учебу, маялся, потерял интерес к космическим кораблям, звездам, иным мирам. Со своей девушкой, дочерью Оленькиной подруги, перестал встречаться, оброс, отпустил бороду, курил марихуану, слушал странную музыку. Нашел через интернет в горах штата Южная Каролина сельскую коммуну, вроде хиппи с буддистским уклоном, и переехал туда. Надолго ли – неизвестно, сказал, что ищет себя.
Вот так всё повернулось. “Жизнь – шлюха,” – права Фаина Раневская.
Оленька доела кусок торта и неспеша осмотрелась. По стенам ресторана были развешены старинные фотографии – импозантные мужчины в смокингах, котелках, с тростями в руках, женщины в шляпах с перьями, платьях с глубокими “зовущими” декольте, с веерами и лорнетами.
Отдельную стену занимали современные фотографии – Оленька узнала английскую королеву Елизавету, Индиру Ганди, президента Кеннеди с молодой Жаклин Кеннеди, Джона Леннона и Йоко Оно, много других знаменитостей. Главное место занимала фотография роскошной женщины с сигарой и двумя коренастыми собаками у ног.
– Боксеры? – предположила неискушенная в кинологии Оленька.
На всякий случай спросила у старого официанта про женщину и ее собачек.
– О, мадам! – древний служитель сферы обслуживания закатил глаза, воздел руки к потолку.
– Это мадам Захер, наш патрон, создатель всего, что Вы видите вокруг, настоящая хозяйка и покровитель
– Я был тогда совсем мальчишкой, первый год в отеле, но хорошо помню ее с неизменной сигарой и двумя французскими бульдогами – постоянными спутниками и телохранителями мадам. Какая это была женщина! Настоящая богиня! Гром и молния!
Оленька с удвоенным любопытством рассмотрела фотографию: роковая женщина эта мадам Захер! И собачки ей под стать.
Кого-то бульдоги ей напоминали…
Оленька заказала второй кусок торта, еще чашку кофе, напрягла память, съела торт, выпила пол-чашки и вспомнила: в далеком детстве она была с папой в летнем цирке в парке Сокольники.
Типичный для того времени цирк-шапито: огромный брезентовый шатер, деревянные скамейки для публики, покрытый опилками манеж, скачущие лошади, акробаты на трапеции, клоуны с сиплыми голосами, шпагоглотатели, львы, тигры и духовой оркестр, исполнявший популярный марш “Советский цирк”.
Ее тогда поразил силач – невысокий крепкий мужчина с могучими руками, короткими ногами и бычьей шеей. Он гнул подковы, поднимал одной рукой четырех человек, жонглировал чугунными ядрами, ловил их себе на загривок, рвал толстенные кожанные ремни, забивал кулаком в доски шести-дюймовые гвозди. Вся его фигура излучала силу и здоровье. Маленькой Оленьке он тогда показался олицетворением настоящего мужчины.
Бульдоги – компаньоны мадам Захер были похожи на того силача, даже массивные челюсти и торчащие уши.
– А что, если… завести собаку… бульдога?…
Такая шальная мысль требовала детальной проработки: Оленька заказала третий кусок торта и еще чашку кофе, но уже без кофеина.
Из ресторана Оленька вышла поздно вечером – объевшаяся и пересахаренная.
Завести собаку – все равно, что завести нового члена семьи. Оленька долго сравнивала многочисленные “за” и “против” и все-таки решилась: сын и дочь живут отдельно, мама умерла, мужчины, с которым хотела бы делить радости и беды, нет, в доме по вечерам тоскливая тишина…
Выяснила по интернету, где разводят французских бульдогов, созвонилась с питомниками и ужаснулась от цен: действительно, эти собаки всегда были для состоятельных людей, аристократов и знаменитостей. Совсем расстроилась, но по счастью, возле Брюсселя предложили щенков и пару молодых собак по божеским ценам.
Оленька арендовала машину и отправилась из Парижа в бельгийскую глушь. Приехала под вечер на старинную каменную ферму. Хозяйка показала, что осталось от последнего помета – щенков разбирали быстро. Оленьке не хотелось связываться с проблематичным выращиванием, выкармливанием и дрессировкой. Ей понравился молодой белый с черными пятнами кобелек, который доброжелательно лизнул Оленькин сапожек широким розовым языком.
Пеппи (так сокращенно звали Педро Альвареса Мафусаила Четвертого) было почти одиннадцать месяцев – он задержался в питомнике из-за небольшого врожденного брака в окрасе: вместо белой проточины, спускающейся к носу, ему досталось неровное белое пятно. Оленьке удалось договориться с хозяйкой на вполне разумную цену, к тому же, все прививки сделаны и Пеппи обучен основам поведения. Она выписала чек, получила поводок, сопутствующие бумаги, инструкцию по уходу, и Пеппи понимающе засеменил к машине. “Какой умный!” – отметила про себя Оленька.