– Короче, с твоими талантами все нормально. Просто люди разные есть. И Верка, в принципе, нормальная, несчастная только. Потому так себя и ведет. Давай так…
Она не закончила – Олеся отключилась.
Посмотрев на трубку и пожав плечами, Ольга вернулась к работе, решив вечером еще раз поговорить с девочкой. Коньяк уже оказал нужное воздействие: через некоторое время Ольга даже решила дать Олесе свои пятьдесят гривен, якобы у Верки заговорила совесть, она решила извиниться и заплатить. Прикинув, что в принципе такой вариант может сработать, она окончательно успокоилась, даже решила угостить Веру в ответ – все равно вторник, покупателей мало, стоять среди душных контейнеров скучно…
Скука развеялась примерно через час.
На базаре появилась Олеся Воловик. Потом Ольга будет долго оправдываться перед приятельницами: не углядела падчерицу именно потому, что та, видимо, сама не хотела попадаться ей на глаза. Девочка даже знала, где на рынке стоит Вера – и толстуха, как на грех, тоже находилась вне поля зрения Ольги. Когда Олеся возникла у ее контейнера, словно из горячего воздуха, Вера даже вздрогнула. Но затем быстро пришла в себя, выдавила улыбку:
– О, привет! Тетю Олю ищешь?
Олеся молча покачала головой, глядя прямо перед собой, на результат своей вчерашней работы.
– Хочешь, я позову?
Девочка снова покачала головой.
– Ладно, – повела плечами толстуха. – Слушай, не обижайся. Я не в настроении вчера была. Женские дела, знаешь… Нормально все на самом деле. Жизнь, привыкай. Или как?
Олеся по-прежнему не отвечала.
– Обижаешься? – опять спросила Вера. – Вот зря ты. – Заметив боковым зрением, что на них уже обращают внимание, решила форсировать события. – Ты, может, кофе хочешь?
– Хочу, – неожиданно ответила Олеся, подойдя ближе.
– О, вот и славно! – обрадовалась Вера. – Значит, поставлю тебе кофе сейчас. Заслужила. Конечно, до идеала далеко… Стараешься, стараешься, молодец.
Мимо как раз проходило «передвижное кафе», и толстуха попросила кофе.
– Может, тортик? Эта вот тетя хорошие тортики делает.
– Спасибо. Кофе хватит, – сдержанно ответила Олеся, затем быстро добавила: – А можно два кофе?
– Хоть три!
Один стаканчик Олеся взяла в руку, другой, поискав глазами удобное место, поставила на край фанерного прилавка, возле выложенных в ряд разноцветных турецких лифчиков.
– Ты осторожно, смотри! – предупредила Вера. – И вообще, два кофе – не лопнешь?
На нее тоже действовал выпитый коньяк. Тем более что с утра она уже успела по привычке причаститься – ей в кафе иногда отпускали в долг, чем Вера могла злоупотребить.
Олеся сделала глоток. Напиток оказался теплым, липким от сахара и совсем не походил на тот кофе, который девочка уже успела попробовать с подружками в торговом центре, из недавно установленного автомата. Между тем Вера увлеклась процессом примирения.
– Слушай, ты не дуйся, а давай так: считай, что испытательный срок прошла. Лады? В следующий раз уже по-другому станем договариваться. Как, годится?
– Когда – в следующий раз?
– Ну, не знаю… Когда у тебя время будет… Я тебя еще кому-нибудь посоветую. Ничего, всякое случается. Так как?
– Вот так!
Махнув левой рукой, Олеся Воловик опрокинула пластиковый стаканчик на лифчики.
Коричневая жидкость залила товар, мгновенно испортив сразу несколько бюстгальтеров. У оторопевшей Веры слова застряли во рту, но девочке ее слова были неинтересны – кофе из второго стаканчика она, подавшись вперед, выплеснула толстухе в лицо. А когда та, заорав благим матом, выбралась из-за прилавка и бросилась на хулиганку, Олеся крепко вцепилась в ее волосы, сводя на нет плоды своего вчерашнего кропотливого труда.
Вера орала в голос. Олеся сводила счеты молча, сосредоточившись только на обидчице. На крик с разных сторон бросились продавцы, преимущественно женщины. Ольга, почуяв неладное, растолкала толпу и, мгновенно оценив ситуацию, принялась оттаскивать Олесю от растрепанной, орущей и машущей руками, как мельница, Веры. Немногочисленные покупатели бросились врассыпную, убегая от скандала.
– Милиция! Милиция! – разорялась толстуха. – Чего стоите все?! Интересно?! Милиция! Убью, сучка малолетняя!
Патруль уже спешил на скандал. Ольга, стараясь одной рукой удержать разбушевавшуюся в праведном гневе девочку, другой лупила ее куда попало.
Затем последовали долгие и путаные объяснения, из которых милиционеры ничего толком не поняли, кроме того, что тут какие-то личные,
Конечно же, Вера тоже свернула торговлю…
