— Успокойся, это я фигурально. Лаврик мне тоже не нравился, все время приставал, хотя знал, что с ним Русланчик сделает, если что. А сделал ты. Кстати, спасибо. Поделом ему.
— Живой хоть? — запоздало осведомился я.
Судьба мерзавца меня не трогала, он получил, что заслужил, но не хотелось быть виновным еще в одной смерти.
— Боишься нарушить слишком много заповедей? Успокойся, жив, паскуда. В полицию он не обращался, понимает, что при разбирательстве светит себе любимому, но на глаза ему лучше не попадайся. Кстати, о заповедях. Вернемся к разговору. Относишь ли ты Руслана к ближним?
Вопрос был основополагающим — ответ предопределял развитие событий.
— Да, — выдохнул я, хотя что-то внутри могуче сопротивлялось. Зато как стало легко, когда слово вылетело! Под новое настроение я быстро сменил тему. — Когда вы остались в сауне, Сусанна больше ничего не сказала такого, что может мне помочь? Случайная обмолвка или незаконченная оборванная мысль… странный поворот разговора… Женщины — существа любопытные, и мне почему-то кажется, что ты не могла не поинтересоваться…
Света вздохнула.
— Ты прав, есть кое-что. — Она поднялась, халат недовольно запахнулся, лицо уставилось в уличную темень — прямо сквозь невидимый корабль. — Я насела на Сусанну с расспросами, отчего это у вас искры сыплются при общении. И все узнала.
— Да ну?
И хотелось надеяться, но интуиция посмеялась в лицо и показала язык. Так не бывает. Хотя в жизни бывает все. Но так не бывает.
— Она, ты не поверишь, обижена на тебя. По-настоящему.
— Она?!
Нет слов. Интуиция снова язвительно хихикнула и дала пинка.
— Ты ей не поверил в главном, оттуда все и пошло, — довела Света мысль до конца.
Мозги проштудировали взаимоотношения и диалоги, главного не нашлось. Точнее, главное — обвинение в том, чего не было. Как поверить, что это неправда? Ведь свидетель произошедшего — только она, других нет. Пропажа документов дарит убийству мотив и не дает настаивать на самообороне, но кража озвучена именно этими губами уточкой, так, оказывается, обиженных на меня, что, дескать, в чем-то не доверяю. Вот ведь я сволочь какая, оказывается.
— Она говорила тебе правду, ты не поверил. Тогда ей пришлось врать.
— Не только тогда, — сообщил я. — И в том, что рассказываешь сейчас, тоже. Потому что ее правда могла бы спасти меня, а она наоборот.
— Сусанна говорит, что каждая вскрытая ложь вызывала следующую, а если бы ты поверил с самого начала…
— Ясно. Давай оставим эту тему.
— Я хотела помочь. Просто Сусанна очень просила донести до тебя эту мысль, если мы с тобой вдруг встретимся: что у тебя был ответ на все, но ты его откинул и начал позорные драчки с выяснением отношений.
— Достаточно про нее. Как дела у Руслана?
Света опустила взгляд. Кажется, она действительно хотела помочь, и моя реакция разочаровала.
— У него все нормально. Любит свое оружие и иногда меня.
Напоминание про оружие растревожило душевную занозу: второй день меня не оставляла мысль, что номер машины и запоминающаяся внешность Руслана могут сыграть злую шутку. Как бы его тоже не втянули в игры с пропавшими документами.
— Из-за той передряги, когда меня подвозили, у вас не было проблем?
— С Русиком говорили какие-то типы с похоронными лицами, но все обошлось расспросами и требованием позвонить им, как только он вновь увидит тебя. Визитка лежит дома. Указан некий Кирилл Кириллович. Знаешь такого?
Прихожая огласилась звонком. Свету подбросило:
— Поздно, никто не должен прийти. Странно. Сейчас посмотрю.
— Это наверняка Руслан. Переживает за тебя. Знаешь, иди домой, я посмотрю за братом. Не бойся, опыт сиделки у меня имеется.
— Ты — сиделкой?! Хотя… А что скажу Русику?
— Что снотворного дала, что брату лучше, что с минуты на минуту тебя подменят. Иди.
— Если Русик тебя здесь увидит…
— Балконную дверь за мной не запирай, только прикрой. Я сейчас вылезу на крышу, затем вернусь.
— Хоть какой-то от тебя толк. Брать здесь нечего, но если с Митей что-то случится…
— Если случится, то только хорошее, уверяю.
Я впрыгнул в припаркованный к балкону корабль, Света в этот момент открывала.
— Хорошо, что вернулся. — Она опять засуетилась, переодеваясь из халата в уличное. — Пойдем домой, до утра я свободна.
Света утащила ошалевшего Руслана, в захлопнувшейся двери провернулся замок.
Я вернулся к кровати. Для созревшего плана с прикроватной тумбочки были позаимствованы ампула димедрола и одноразовый шприц.
— Митя, значит? Ну, Митя, тебя ждут невероятные приключения.
Под одеялом спящий парень оказался одет в длинную ночную рубаху на манер женских. Подхваченное на руки тело оказалось невероятно легким, словно кости у него, как у птиц, внутри пустые. Балконную дверь я притворил, чтоб казалась закрытой, свет везде выключил.
— Ничего не гарантирую, но все в жизни бывает. Кораблик, помоги!
Нужное место на глобусе было известно мне весьма приблизительно, но точность не требовалась. Я ткнул пальцем в точку, куда лететь, лег рядом со спящим больным и протянул нить медальона под двумя шеями.
