– Стрельба то дело доброе, знамо дело помочь вам, товарищи надо. И участок вы холмистый подобрали, не используем мы его, но больно далеко от села, поэтому я хотел бы, чтоб вы еще один участок осмотрели, тут недалече. И от железной дороги до него меньше версты будет и до села так само. Почитай на полдороги будет. А горбов там не меньше чем на вашем.
– Ты хозяин, Степан Порфирьевич, тебе решать, мы так выбирали, чтоб хозяйству твоему от нас неудобств не было. Возле села земля всегда в деле. Если пахать там нельзя, то скот пасти можно.
– У каждого свой расчет, Иван Петрович. Вы ведь у железной дороги будете просить новую остановку поближе к будущему стрельбищу устроить?
– Попробуем договориться. Железная дорога наш шеф, напишем ходатайство, думаю, нам не откажут в таком деле.
– Да… говорят у семи нянек дитя без глазу. Врут люди, все от дитяти зависит. Ежели, к примеру, такое как ОСОАВИАХИМ, так совсем наоборот выходит. Я уже больше года им письма пишу, прошу остановку для нашего села поставить, а воз и нынче там… так что у каждого свой расчет, Иван Петрович. Ну что, поедем на моей бричке место смотреть? Поди, еще в такой бричке не ездили?
– Обижаешь Порфирьевич. Я в Гражданскую на тачанке пулеметчиком был. Еще как в контору заходил, сердце екнуло, моя тачанка возле конторы стоит.
– Так мы с тобой, брат, полный расчет пулеметной тачанки, я, ездовым всю Гражданскую отмахал. Ольгу Батьковну – вторым номером тебе на пулемет. Сейчас молодость Петрович вспомнишь. А ты с кем воевал?
– …
Решив вопрос с участком, нужно было приступать к оборудованию стрельбища всем необходимым. Рисуя в библиотеке план будущего стрелкового аттракциона, и составляя список необходимых материалов, Оля перечитывала прессу за последние две недели. Отметив скупые заметки о новых назначениях некоторых видных военачальников, в результате которых они очутились в разных концах Советского Союза, Оля в одном из последних номеров нашла короткую заметку.
– Знаем мы эти разговоры, – весело сказала Оля сама себе, – задурят бедной, невинной девушке голову, наобещают три короба, поматросят и бросят. Нет, и еще раз нет! Честная девушка должна избегать соблазнов.
– Здравствуйте, товарищ Сталин. Разрешите доложить?
– Докладывайте, товарищ Артузов.
– Сегодня после восьми вечера зазвонил телефон, номер которого знала только Ольга. К сожалению, телефонистка сообщила, что звонившая повесила трубку. С ее слов, это была молодая девушка. Выехавшие на место звонка сотрудники ничего не обнаружили. Отпечатки пальцев были с трубки удалены. Но есть и положительные известия. Звонок был сделан из того же района города, что и прошлый раз. Есть основания предполагать, что Ольга живет поблизости. Я заканчиваю анализ писем, набросаю приблизительный психологический портрет, плюс описание охранников возле кремлевского ящика, у нас будет достаточно материала, чтоб побеседовать с местными участковыми.
– Вы считаете, она больше не позвонит? – голос в трубке был неожиданно довольным и добродушным.
– Думаю, что нет, товарищ Сталин, думаю, вы вскоре получите от нее письмо.
– Я так и предполагал, что она просто так не пойдет на прямой контакт, но не хотел вам говорить. Но это хорошо, что и вы иногда ошибаетесь, товарищ Артузов, это способствует трезвому мышлению. Что еще у вас нового?
