Андрей стоял невесомый, в глубоком и тревожном разочаровании. Как будто в непроходимой тайге он остался один без воды, без пищи, не зная, куда идти, что делать. В его голову приходила лишь одна мысль: во что я вляпался, пропало все: и любовь, и мечты. Вся жизнь пошла прахом.
Катя постоянно смотрела на Андрея. Она присутствовала в его теле и в его сердце. Она знала его трагическое состояние, сочувствовала ему и жалела его. Сердцем чувствовала каждую клеточку его тела. Она чувствовала, как черные тучи сгущаются в его мыслях и сердце. Но она не могла поступить по-другому. Она пошла ва-банк. Это ее вторая и последняя попытка переломить судьбу. Если Андрей уйдет – ее ждет монастырь. Пропала молодость, красота, жизнь. Несмотря на то, что сеанс прошел успешно, она знала, что ей предстоит с Андреем тяжелый разговор. Поэтому решила – пора начинать тушить пожар сердца, пока он только разгорается, чтобы самой в нем не сгореть. Катя вышла из круга, подбежала к Андрею, протянула ему свою руку. Андрей вяло подал руку Кате. Катя потащила Андрея в круг танцующих гостей:
– Товарищи! Смотрите, что этот косолапый сделал с моим мужем!
Андрей слегка улыбнулся. Катя подумала: «Значит, в нем еще осталось что-то живое. Нужно его разговорить, развеселить».
Славик закричал:
– Сейчас мы его вылечим. Стакан перцовки ему. Через десять минут будет петь и танцевать!
Андрей выпил стакан перцовки. Протянул стакан. Налили еще. И так – три стакана подряд. Андрею стало легче, он стал понемногу разговаривать, улыбаться и через некоторое время окончательно пришел в норму. Веселье длилось до двух часов ночи. Катю и Андрея Славик разместил в теплом ухоженном деревянном доме с паровым отоплением. Несмотря на внушительный объем выпитого, оба были как огурчики. Каждый знал, что их дальнейшая судьба будет решаться здесь и сейчас.
Оба они любили друг друга, оба хотели мира и согласия, но клин, который Катя вбила прямо в сердце Андрея, торчал, как пограничный столб, к которому ни подойти, ни обойти, ни вытащить. Андрей молчал. У него не было слов, он все видел. Остается только принять решение. Но это как раз и есть самый трудный вопрос. Принять решение – значит покончить с Катей навсегда. Но остаться жить с женщиной, не зная ее и ее похождений, не зная круг ее поклонников и объемов разврата, глубину ее нравственного разложения, не зная, что выкинет она завтра?! «Кажется, круг замкнулся», – подумал Андрей.
В сердце и чувствах Кати к Андрею ничего не изменились. Она знала и чувствовала состояние Андрея. Ее задача была привести сознание и чувства Андрея в первоначальное состояние. Сам Андрей на этот поступок не пойдет. Ему незачем извиняться или просить прощения. Он ни в чем не виновен. Он сейчас, как больной, ему нужна помощь.
Андрей сидел на диване в трагической позе и не знал, что дальше делать. Катя подошла к нему, обняла, прижалась своим лицом к его лицу и потихоньку, и тоже с трагическим видом, прошептала:
– Андрюша, я знаю, в каком состоянии твое сердце и что творится в твоей голове. Ты думаешь, что связался с какой-то шлюхой. Ты сейчас смотришь на меня и не видишь ту Катю, которую видел еще вчера… Но все твои подозрения и возникшие на этой почве разочарования напрасны. Конечно, основания для стресса есть. Тем более что ты все увидел внезапно и неожиданно. И тут же в твоем воображении появилась не та Катя, которую ты видел и знал еще вчера, а совсем другая, неизвестная, с неизвестным прошлым. Не та скромная и нежная, которую ты увидел впервые и знал до того момента, а совсем другая – нравственно разложившаяся женщина. За этим последовал стресс и болезненное разочарование. В твоей голове сразу возникла масса вопросов: как же я буду с нею жить? Как я с нею выйду на улицу? Как я с нею покажусь в обществе? Да мне прохожие будут пальцем тыкать в спину – смотрите, мол, Андрей со шлюхой связался.
