Старпом переступил через комингс. К нему вплотную, зябко передёрнув плечами, пристроился Сикорский. И снова резвость проявил капитан — стремительно обошёл обоих на короткой дистанции в узком коридоре, раньше всех оказался в холле, оглядел внизу и вверху трап и махнул рукой остальным: чисто! Тут уже рассыпалась по ступеням дробь множества ног. Одни кинулись в каюты, в надежде встать наконец под душ и переменить белье, другие — на воздух, на палубу. Красносёлов с Акимовым, не сговариваясь, устремились в рубку.
Все двери были нараспашку. Никаких чёрных людей с автоматами. Кто-то маячил на правом крыле, с оголённым торсом, в закатанных до колен штанах и босой. Да в левом дальнем углу рубки приник к иллюминатору плечистый парень в оранжевой футболке, словно замечтавшийся при виде сияющей морской глади. Однако вошедших заметил сразу и обернулся:
— Вы уже здесь! Тогда подойдите сами. Корабль вызывает всё утро.
Благодушная ухмылка на лице, под короткими рукавчиками поигрывают рельефные бицепсы, татуировки на запястьях… Старпом, с ещё опухшим после побоев лицом и саднящими дёснами, невольно отпрянул. Капитан остолбенел, не в силах поверить своим глазам. Это был Боб.
Из оцепенения их вывел раздражённый хриплый голос по громкой связи УКВ: «Вызывает сторожевой корабль «Успешный». Капитан сухогруза, ответьте кораблю!»
Боб щедрым жестом ещё раз пригласил мастера к аппарату и степенно покинул мостик. Акимов вышел на крыло. Долговязый тип в тренировочных штанах, подставлявший первым лучам солнца изъеденную оспинами спину, также не нуждался в представлении.
— В корму смотри, — посоветовал он старпому.
За кормой в полумиле или чуть меньше от судна стоял на якоре военный корабль — тот самый, с тем же номером на борту.
Тем временем Красносёлов в рубке неохотно подошёл к аппарату и взял микрофон.
«Капитан сухогруза!..»
— Капитан слушает. Что надо?
«Сообщите название вашего судна и порт приписки!»
Акимов уже вернулся в рубку. Увидел, как Красносёлов медлит, как наливается кровью его лицо.
«Капитан сухогруза, как называется ваше судно?»
— «Хули ссыш», порт приписки Сингапур, — сквозь зубы вымолвил наконец капитан.
«Что?!..»
Со стороны корабля произошла какая-то заминка связи, некоторое время в репродукторе были слышны отдалённые дебаты. Затем раздался уже другой, более «штатский» — въедливый, немного заикающийся голос:
«Это, это кто? Это Красносёлов? Ты понял, с кем ты разговариваешь? Что за херня у вас на борту написана? Как судно называется, спрашиваем?»
— «Хули ссыш», — бесстрастно повторил мастер.
«Хули ты сам…»
Капитан не стал его слушать, вырубил связь. Стоял в мрачной задумчивости, теребил свои давно не стриженные усики.
— Нам нужен доктор, — напомнил Акимов.
— Попробуй. — Красносёлов пожал плечами, отодвинулся от аппарата.
— Корабль, корабль, вызывает сухогруз, — сказал старпом в микрофон. — Стоим на якоре, видим вас в полумиле по корме. На борту тяжело раненный член экипажа. Нужна немедленная госпитализация, просим помощи. Можем спустить свою шлюпку, но это долго. Люди страшно устали, некому работать. И больного трогать опасно. Лучше пришлите за ним катер с врачом. Скорее! Как поняли?
«Кто говорит?»
— Старпом говорит. Старший помощник Акимов.
«А чего Красносёлов выё...ся? Ему что, моча в голову ударила?»
— Да по нам по всем ударило. Вы там тоже… В общем, поторопитесь, человек может погибнуть. Конец связи.
Повесил трубку, похлопал понурого мастера по плечу:
— Пойдём в каюты, переоденемся? Похоже, нам скоро держать ответ. Отоспаться-то не дадут…
— А кто на вахте останется?
— Тьфу ты! До чего же отвык работать. Если бы не Чернец, оставить бы тут вон того клоуна… — Старпом кивнул в сторону полуголого Киржака на крыле. — Ладно. Своё время отбуду, тем более что этих вояк придётся, кажется, ещё не раз дёрнуть, чтобы чего-нибудь от них добиться. А ты… А вы предупредите, пожалуйста, Бородина, чтобы в восемь пришёл сменить. Пришлите сюда Бугаева, может понадобиться для поручений. И проследите, чтобы Чернеца не оставляли одного!.. Или уж мне сходить? А то надавал поручений.
— Не волнуйся. Всё сделаю.
— Да, как бы Жабин чего не выкинул, когда встретит этих курортников без оружия… Что творится, господи!
— То ли ещё будет! — эхом откликнулся от двери капитан. Вроде как процитировал легкомысленную фразу из давнего шлягера, знакомого обоим, а слух резануло посильнее самого чёрного юмора.
Старпом понемногу обживался в новой старой роли, насколько позволяли усталость и проведённая без сна ночь. Сама просторная светлая панорама — и рубки, и тем более безбрежной океанской шири вокруг — уже давала целительный отдых после многодневного заточения в душной и тёмной столовой. Первые минуты он чувствовал приятную расслабленность, словно в самом деле попал на курорт. Среди такой благодати не хотелось поддаваться тяжёлым мыслям.
«Курортника» на крыле трогать не стал — понимал, что налётчики как бы «передали вахту» по указанию таинственного начальства, однако не от всех своих обязанностей пока освобождены.
