– Представьте себе такую ситуацию. ООП и лично Арафат сотрудничает со спецслужбами Советского Союза и стран-участниц Варшавского Договора, получает финансовую и другую поддержку СССР. Боевиков готовят на своих территориях инструкторы социалистических стран. Нападение на их представителей в Мюнхене выглядит совершенно нелогично. Зачем рубить сук, на котором сидишь? Но это только внешняя оболочка. На самом деле финансовой поддержки, по мнению палестинцев, не хватает, а любая другая, в частности подготовка боевиков, не дает желаемого для Арафата результата. Да еще война с Израилем. Вдобавок лишение спортсменов Палестины права участвовать в Олимпийских играх. Арафат во всем и во всеуслышание обвиняет Израиль и их основного благотворителя США. И, критикуя террористические методы борьбы, планирует акцию против израильской делегации. Планирует так, что о ней становится известно нам. Уверен, что не только нам. Но не в подробностях. Начинается Олимпиада, какое-то время все спокойно, и вдруг террористическая акция. Олимпиада сорвана, палестинцы добиваются своей цели, возможно, принеся в жертву исполнителей из «Черного сентября». Не исключено, что теракт и не удастся, немецкие спецслужбы и полиция отобьют нападение. Но сам факт агрессии налицо, и от него никуда не деться. И это тоже результаты для террористов. После непродолжительной суеты, при обоих вариантах развития событий, ситуации постепенно успокаиваются. Делегации, если игры закроют при первом варианте, покидают Мюнхен, при второй – продолжатся соревнования. И тут, когда силы охраны будут расслаблены, террористы наносят удар по нашим спортсменам. Это может быть и атака места проживания спортсменов, чиновников и, скажем, подрыв автобуса, на котором перемещаются спортсмены, ведь с автобусом у террористов опыт есть, и акция непосредственно на месте соревнований. Причем действия осуществляются неизвестными лицами, чью принадлежность к какой-либо организации установить не удастся. Какова в этом случае будет реакция нашего руководства, просчитать не сложно. Немецкая охрана не смогла обеспечить безопасность. За что Германия должна ответить. На палестинцев никто и не подумает, они не заинтересованы в акции против своих благотворителей. Или я не прав?
Старцев, скептический восприняв эти размышления, спросил в ответ:
– В чем, Слава, прав или не прав? В реакции СССР на враждебные действия против советских спортсменов?
– В том, что подозрения на ООП, если и возникнут, то в последнюю очередь. И то, если «Черный скорпион»… Черт запутался: то «Черный сентябрь», то «Черный скорпион»; могли бы назвать просто «Скорпионом»?.. Если «Черный скорпион» засветится.
– В последнем ты прав, но это только с моей точки зрения. Тогда ответь, зачем Арафату и якобы «неподконтрольным» ему силам наносить удар по тем, кто их кормит?
Богданов затушил окурок в пепельнице:
– А в этом-то и фишка, говоря языком любителей настольных игр, особенно рулетки.
Полковник сказал:
– Проще объясняться можешь?
– А проще то, как уже сказано, ООП, получая помощь от нас и стран Варшавского Договора, считает ее недостаточной.
– Ясно. Убийство наших спортсменов якобы силами, стремящимися посеять рознь между нами и Палестиной, будет использовано для повышения уровня финансовой и материальной помощи. Что ж, теоретически это возможно, но практически, Слава, для палестинцев слишком сложная и опасная игра. Если вскроется правда, то Советский Союз и без Израиля и НАТО разгромит ООП.
– Да нет, товарищ полковник. Лидера убрать сможет, это да! Однако разгром организации, противостоящей Израилю и США, не выгоден нашему руководству ни при каких раскладах.
– Ну, не знаю. Но теперь уже цена операции, которую предстоит провести твоей группе, возрастает многократно.
– Она и так была высокой.
– Я доложу о твоих предположениях генералу Лазареву. Посмотрим, как он оценит твои умозаключения.
– Вы руководство, вам и решать. По мне, так лучше выходить на реализацию полностью отработанного плана, на устранение выявленной угрозы.
Полковник кивнул:
– Это понятно. Майор Сергушин довел только часть информации. Ты возьми документ, изучи его. Глядишь, что-то новое подчерпнешь, а то и пригодится в работе. И это не совет, подполковник, это приказ!
– Есть, товарищ полковник!
– И готовь группу к вылету в Мюнхен.
– «Дон» готов с момента объявления повышенной готовности.
– Ожидай скорого перевода в готовность «Опасность»!
– Есть!
Забрав информацию агента, Богданов поднялся:
– Разрешите идти, товарищ полковник?
– Свободен. И с этого момента постоянно находиться дома.
– Извините, а продукты мне соседи приносить будут?
– Если что надо, позвони. Но это ненадолго. До Олимпиады осталось меньше месяца, а еще подготовительной работы через край.
– Меня подбросит до дома ваш водитель?
Полковник посмотрел на часы:
– Подбросит. Передай, я приказал.
– До связи!
– Давай.
Богданов проехал к себе домой. Без жены и сына в квартире было неуютно и пусто. Он взялся за телефон в кабинете, набрал номер заместителя:
– Саша? Богданов.
– Ты думаешь, я не узнаю голос командира?
– Привычка.
