Технология спортивного восхождения этой страны заслуживает отдельного разговора. В конце девяностых китайцы стали активно приглашать к себе специалистов из ведущих стран. Одна из российских тренеров по синхронному плаванию Татьяна Хайцер, вернувшись оттуда, рассказывала:
– Первым моим впечатлением было, что я попала в советские времена, – рассказывала она мне в Питере. – В Гуанчжоу, куда меня пригласили, имелась роскошная спортивная база с отдельными бассейнами для прыгунов в воду, пловцов, ватерполистов, синхронного плавания. Я могла работать с раннего утра до глубокой ночи, и это только приветствовалось.
В умении учиться китайцам нет равных. Придумать что-то свое они не способны в принципе и, похоже, не стремятся к этому. Зато блистательно копируют. И очень хорошо умеют отбирать то, что им нужно. На каждый участок работы стараются найти лучшего специалиста. Но как только понимают, что специалист отдал все, на что был способен, расстаются с ним без сожаления и приглашают нового.
За пять лет работы в Китае я безумно устала от одиночества и ощущения, что из меня постоянно пытаются вытянуть все, что я знаю и умею. И все время дают понять, что ты им должен. Это очень тяжело, когда от тебя ждут ответа на все вопросы, главный из которых: «Почему мы не первые, и что нужно сделать, чтобы стать первыми?» Не могу сказать, что секрет китайцев заключается в работоспособности спортсменов и тренеров. Скорее – в совокупности мер, где абсолютно все направлено на достижение результата. Плюс – колоссальная государственная поддержка. Спорт в Китае – это очень серьезная политика. Жесткая и достаточно бесчеловечная машина.
В Китае родители сдают ребенка в интернат в шесть-семь лет и словно вообще забывают о нем, даже если он благодаря стипендии, которую интернат выплачивает семье, является фактически единственным кормильцем. Естественно, что сам ребенок держится за свое место зубами и пашет как проклятый. И слово тренера для него – непреложный закон…
Слушая Хайцер, я и сама вспоминала леденящую душу историю о том, как на тренировке в китайском футбольном клубе тренера зачем-то вызвали из зала и, уходя, он дал задание игроку бить с определенной точки по воротам. Так получилось, что наставник изрядно задержался. А когда вернулся в зал через три с половиной часа, футболист уже не мог ходить. Он ползком подбирал мяч, ставил его на отметку, с трудом поднимался на ноги, бил – и падал. А затем снова полз к мячу. Мысль о том, чтобы прекратить работу, даже не пришла ему в голову.
Итоговый результат Игр разбил на голову все предварительные прогнозы специалистов. Китай не просто выиграл. Он превзошел «остальной мир» на голову. Китайские спортсмены завоевали пятьдесят одну золотую медаль. Всего – сто медалей. Выиграли семь из восьми высших наград в прыжках в воду, девять из четырнадцати – в спортивной гимнастике, восемь из девяти возможных – в штанге, четыре из четырех – в настольном теннисе, три из трех – в бадминтоне, две из двух – в батуте… Они умудрялись цеплять золото даже в совершенно «некитайских» видах – фехтовании, дзюдо, боксе, плавании… Наверное, поэтому каждая победа спортсменов из других стран воспринималась как подвиг.
Особняком в списке чемпионов стоял Майкл Фелпс. В Пекине американец превзошел тридцатишестилетней давности рекорд своего соотечественника Марка Спитца: выиграл в плавании восемь золотых медалей.
«Если бы Майкл Фелпс был независимым государством, то по итогам первой недели Игр он бы занял третье общекомандное место». Эта шутка долго ходила в кругу журналистов и спортсменов и была чистой правдой: свыше восьми золотых медалей на тот момент имели только две страны – Китай и США.
Свою восьмую победу Фелпс одержал утром 14 августа – в составе комбинированной эстафеты. Тяжелее всего ему далась предпоследняя медаль – на стометровке баттерфляем. Американец практически проиграл этот заплыв: сделал поворот седьмым, да и на финише, когда серб Милорад Чавич уже бросил руки вперед в завершающем гребке, Майкл был явно позади него. Но вырвал касание.
Он даже сам признался в микст-зоне:
– Думал, что проиграл. Даже когда увидел табло, не сразу понял, что первый.
История один в один повторила другую, двадцатилетней давности. Тогда соотечественник Фелпса Мэтт Бионди точно так же, как в Пекине Чавич, летел к финишу этой же дистанции за своей пятой золотой медалью. Ему не хватило каких-то сантиметров, чтобы влепить руки точно в стенку. И пока потенциальный чемпион отчаянно тянул пальцы к финишному щиту, его на 0,01 опередил в касании суринамец Энтони Нести.
Сербы немедленно подали протест. Но он не был удовлетворен. Представитель Международной федерации плавания (FINA) и рефери соревнований Бен Екумбо пояснил:
– Мы очень внимательно изучили видеозапись заключительного гребка двух спортсменов, и на ней было отчетливо видно, что сербский пловец коснулся стенки вторым.
