– Сэр! Нападение, сэр! – Голос бриида по-уставному чёток, без эмоций. – Гражданские атаковали наш патруль. Ефрейтор Герлах потерял одну боевую единицу и отступил за периметр.
– Черт!
Камера быстро смещается направо и вверх. Трап по внутреннему периметру стены. Люди в форме пограничной стражи.
В кадре снова капрал.
– Убили бриида?
– Сэр! Так точно, сэр.
Изображение подпрыгивает, словно человек с камерой быстро поднимается по лестнице. Кусок стены, бойница. Шум становится на порядок громче. В кадре улица и беснующаяся толпа. Люди с зелеными повязками на головах. Очень много людей. Изображение приближается, захватывая в кадр отдельные лица из толпы. Глаза, наполненные безумием стаи почуявшей кровь. Бородатые рты, отверстые в яростном крике. Сквозь нестройный рев пробиваются ритмичные залпы выкриков.
– Шакалы! Убирайтесь домой! Смерть отродьям шайтана!
Неожиданный блеск оружейного металла. Короткая вспышка.
Щелчок. Изображение резко дергается. Очень близко кусок шершавой кирпичной стены периметра.
– Зараза!
– Они неплохо стреляют. – Голос капрала все так же ровен. – Прикажете открыть ответный огонь?
– Нет! На провокации не отвечать.
Камера скользит по затемненным забралам шлемов и готовому к бою оружию.
– Только слезоточивый газ и водометы. Без фокусов. Ты понял, капрал?
– Так точно!
– Товсь!
Легионеры заученным движением срывают с поясов округлые контейнеры с газом.
– Огонь!
Удар капсюлем о парапет – и контейнер летит за стену. С той стороны дым и многотысячный вопль ярости.
Вспышка. Удар. Брызги кирпичей и осколков. Камера переворачивается, захватывая кусок безоблачного ярко-синего неба. Летит вниз, в пыль под стену.
– Санитара сюда-а-а! Капралу руку оторвало!
Грохот беспорядочной пальбы. Чьи-то ноги в тяжелых армейских ботинках, пробегающие мимо.
– Сука, из базуки саданул!
– Не стрелять! Не стрелять!
Камера рвется наверх на стену. Мелькают металлические ступени трапа.
Снова взрыв, камера резко ныряет вниз. Секунда – и новый рывок. В проломе разбитой бойницы легионер от бедра поливает улицу автоматным огнем. Стреляные гильзы правильным веером вылетают из ритмично дергающегося затвора.
– Не стрелять!
Камера наваливается на солдата, прижимая его к закопченным кирпичам. В нескольких сантиметрах от объектива – затемненное зеркало забрала. На таком расстоянии видны удивленные глаза. Легионер явно не понимает мотивацию командира.
– Я сказал, прекратить огонь!
– Сэр! Посмотрите, что сволочи делают, сэр!
Резкий поворот. Солдат тычет рукой в боевой перчатке вниз, за стену.
