Наверное, легче восстановить затухающие картинки прошлого, если пройтись по улице детства. На Полярной наша семья жила с моего рождения и до 1991 года, когда снесли нашу деревяшку – и целую эпоху. Мне кажется естественным интерес к месту, этому городу, где я родился. Душа человека душе места отзывается!
Летом с мамой и братом мы прогуливались по улице, чтобы встретить с завода папу (вдруг зарулит куда-нибудь с друзьями пропустить по рюмашке?). Идти было далеко, мои ножонки страшно уставали, подкашивались.
На перекрёстке с улицей Советской (в каждом населённом пункте СССР была и есть улица с таким названием) раньше находилась аптека. Помню стойкий запах лекарств (теперь в аптеках не пахнет – разве мел сегодняшних таблеток может пахнуть?). По пути иногда мы покупали без рецепта кисло-сладкую «аскорбинку». Потом вместо аптеки открылся бар с названием соответствующим – «На Советской».
На шумной Советской стоял магазин игрушек под названием «Буратино», конечно, мой самый любимый. Помню, как разбегались глаза при входе в него! Потом здесь был тоже магазин, но не детский – секонд-хенд, который раньше бы назвали комиссионным. Зашёл… И как тут умещалось всё разнообразие игрушек? Попади сейчас я, ребёнок советской эпохи, в современный торговый центр «Детский мир» – произошёл бы разрыв маленького сердечка.
Что меня интересовало в «Буратино»? Пистоны. Потому что они взрывались в металлических пистолетах с дымком, пахло серой, как от настоящего оружия. Если они не взрывались в пистолете, нужно было ударить молотком – и взрыв обеспечен.
В шесть лет я мечтал об игрушке – управляемом грузовике. Конечно, в те времена такие машинки выпускались не радиоуправляемые, а со шнуром, который на два метра тянулся от пульта к игрушке. Родители зарабатывали немного: папа – обычный работяга, мама – учительница. Деньги пришлось копить. И вот счастливый день настал. Принесли машинку домой, а батареек-то нет! И в магазинах нет – дефицит. Знают ли сегодняшние дети это слово? А я до сих пор помню своё отложенное счастье управления тем грузовичком.
Запомнил свою первую самостоятельную покупку. Зажав в потной ладони мелочь, отправился за хлебом. Стоил батон тогда, если не ошибаюсь, двадцать две копейки, но мне больше нравилась плюшка «Московская», потому что она была сверху посыпана сахарным песком. Я съедал только сладкую верхушку.
Хлеб в мои детские годы можно было трогать специальной вилкой – свежий ли?.. Интересно, что бы на это сказал Роспотребнадзор! Сейчас чисто хлебных магазинов нет, прилавок в супермаркете занят разнообразными буханками, батонами, булочками.
По диагонали от продовольственного находился коммерческий промтоварный магазин, открывшийся в конце 1980-х. Первый из них появился в центре города, умные коммерсанты назвали его «Гермес» – по имени бога торговли и счастливого случая, а также хитрости и воровства… Представляете сейчас очередь за одеждой? А тогда люди толпились у прилавка, чтобы посмотреть на кожаную куртку, джинсы «Левайс», какие-то яркие рубашки, которые не продавали в обычных советских магазинах. Сладковатый запах импортной кожаной куртки помню как сейчас. Стоили эти вещи дорого, на них приходилось откладывать.
Мы, дети, искали жевательную резинку за стеклянным прилавком у кассы, протиснуться туда было сложно. Как все мальчишки, я больше любил жвачку «Турбо» с бумажными вкладышами, на них были напечатаны автомобили, которых мы никогда не видели и о которых только мечтали. А ещё из жвачки надували пузыри, что считалось верхом крутизны. Надо было чудесным образом губами расправить резинку на зубах, надуть, и шарик должен громко хлопнуть. Я не умел. А один мальчик из школы не брезговал брать жвачку изо рта друзей. Когда вкус и аромат уже прошёл, он канючил:
– Дай жёвку!
Бедняга!
Вкладышами от жвачки играли в школе на переменах. Правила игры простые: вкладыши картинкой вверх клали на ровную поверхность, например, подоконник. Игрок бил по вкладышам сложенной ладонью так, чтобы те поднялись в воздух и опустились другой стороной на поверхность. Перевернувшиеся вкладыши считались выигранными. Когда удар оказывался неудачным, право бить переходило ко второму игроку. Игра заканчивалась, когда у кого-то из игроков больше не оставалось вкладышей.
Но вернусь на свою Полярную. На перекрёстке находился киоск «Союзпечать». Из окошечка пахло свежими газетами, тетрадками, блокнотами. Всё это манило меня. Почему запахи детства так запомнились? Лекарств, жвачки, бумаги… Необъяснимо. В киоске покупал «Советский спорт» для брата, для родителей – только что появившуюся и быстро набравшую популярность газету «Дачная» (все тогда обзаводились дачами, спасаясь от надвигавшегося безденежья). Знакомая киоскёрша оставляла эти издания специально для меня. Уже продавали и «Спид-инфо», первую эротическую газету со срамными, как сказала бы бабушка, фотографиями на обложке. Киоска на этом месте нет: сожгли в 1990-х.
