— Я вспомнила остальное! — воскликнула Теннебриель. — Лудганна убежала от мужа с каким-то пиратом, и они оба утонули в море. Так им и надо! Но у них с Дервиком была дочь… нет, сын. Его звали…
Эвкор Эпта наклонился к девушке.
— Подумай как следует. Это очень важное имя. Самое важное из всех.
Лицо Теннебриель омрачилось.
— О! — Она нетерпеливо щелкнула пальцами. — Подожди-ка… Оттемар. Оттемар Труллгун!
— Почти. Его зовут Оттемар Римун. Вот почему это так важно. Оттемар Римун. Запомни.
— Он тоже умер?
Раньше Эвкор Эпта просто сказал бы да, но после сегодняшнего разговора с Феннобаром следовало быть более осмотрительным.
— Думаю, что да. Но у меня есть некоторые сомнения. Хотя я почти уверен, что его нет в живых, ведь он отправился на восточный континент, где обитают ужасные чудовища и вообще всякие странные существа.
— Значит, если он умер, то из Римунов никого больше не осталось. Но я была помолвлена с Илдаром, чья мать происходила из этой семьи, а значит, и я тоже немножечко Римун.
— Вполне достаточно для того, чтобы претендовать на их трон, моя дорогая.
Она захлопала в ладоши, вне себя от радости, но уже через мгновение ее чистый лоб вновь избороздили морщинки заботы.
— Но что, если Оттемар Римун все-таки жив? Разве он не захочет быть Императором?
Эвкор Эпта обрадовался, что она сама додумалась до этого вопроса: теперь ему легче будет перейти к главной теме сегодняшнего разговора, который, как он надеялся, заложит основу его будущей власти над Императрицей.
— Вот в этом-то весь вопрос. Если он жив — а я почти уверен, что это невозможно, — то, конечно, его притязания на престол будут весомее, чем твои.
Девушка бросила на него полный негодования взгляд, словно капризный ребенок, который хочет ударить подшутившего над ним взрослого.
— Значит, его надо убить! Эвкор, тебе придется приказать, чтобы его убили. Он улыбнулся.
— Не беспокойся. Я уже послал людей на поиски. Но я почти уверен, что они потратят время зря: скорее всего, весть о его смерти была верной. С другой стороны, если ты станешь Императрицей и тут вдруг вернется Оттемар, это будет как-то неловко. Тебе пришлось бы уступить ему престол, а ведь нам это совсем ни к чему, не правда ли?
— Нет! Трон он не получит!
Он снова потрепал ее по руке.
— Ты хорошо разбираешься в политике, девочка. Но ты ведь знаешь, что я всегда буду с тобой и смогу защитить твои интересы, если нужно. Ты должна стать Императрицей. Оттемар пригоден на роль правителя Империи не больше чем его полоумный кузен. Мы поступим вот как: если он все-таки выжил, то я найду его и заточу на одном из своих островoв. Там его никто никогда не найдет. Только ты, я и его сторож будем знать, что он еще жив.
Теперь она была похожа на злого, испорченного ребенка.
— Эвкор, — начала она и так вцепилась пальцами в его руку, что он даже губу закусил от боли, — найди для него остров похуже! Голую скалу, без единого кустика. Чтобы он там помучился как следует!
Смех Эвкора Эпты, прозвучавший в ответ, был сухим и отрывистым.
— Какая жестокость! Что ж, посмотрим. Но я склонен думать, что он мертв. Ну, а теперь мне пора идти. Меня ждут дела. — И он поднялся на ноги.
— Уже?
Администратор чувствовал, что не в силах оторвать глаз от сидевшей перед ним девушки: его неудержимо влекло к ней. Но с этим необходимо было подождать. Ничего, настанет время, — сказал он себе, — и это тоже будет мое.
— Пора. Но я скоро вернусь.
Она не стала спорить.
— Очень скоро. И принесу тебе новости. Кванар умирает.
Не вставая с места, девушка широко раскрытыми глазами наблюдала за его уходом. Эвкор Эпта запер за собой дверь и перевел дух. Клянусь Кровью, божественное создание! Как тут не разгорячиться! Он уже готов был начать спускаться по лестнице, как вдруг новая мысль остановила его. Великий Администратор развернулся и отправился на половину служанок. Все равно после свидания с Теннебриель заснуть ему не удастся.
Только после того, как ключ дважды повернулся в замке, подтверждая, что Эвкор Эпта и в самом деле удалился, Теннебриель позволила себе изменить выражение лица. Роль невинного, простодушного ребенка, которую она играла в присутствии всемогущего Олигарха, требовала большого напряжения.
С балкона донеслись негромкие аплодисменты.
— Отлично сыграно! — прозвучал глубокий мужской голос, и его обладатель вышел из зарослей винограда, украшавшего террасу. При виде его вздох восхищения вырвался из груди Теннебриель.
— Довольно убедительно, как по-твоему? — И она протянула руку навстречу ночному гостю.
