Рози встала, начала одеваться. Он последовал за ней.
– А ты, оказывается, страшный человек. Приемный племянник дона Априле. И твой лондонский приятель, который помог мне. Для английского банкира сработал он очень профессионально. Но этому перестаешь удивляться, узнав, что он эмигрировал из Италии.
Они сидели в гостиной. Рози вновь наполнила стаканы. Заглянула ему в глаза.
– Я знаю, кто ты. Но ничего не имею против, абсолютно ничего. Потому что мы – родственные души. И это прекрасно.
Асторре рассмеялся.
– Вот чего я еще не искал, так это родственную душу. Но я пришел к тебе по делу.
Лицо Рози стало бесстрастным. От обаяния не осталось и следа. Она начала надевать кольца, браслеты, серьги.
– За то, чтобы перепихнуться, я беру пятьсот долларов. Сойдет и чек, – она игриво улыбнулась, показывая, что ее слова – шутка. Он знал, что она брала подарки лишь на праздники и дни рождения, причем куда как более дорогие. Вот и саму квартиру один из поклонников подарил ей на день рождения. Рози задумчиво посмотрела на него.
– А что будет потом?
– Об этом можешь не волноваться.
– Понятно. А если я откажусь?
Асторре пожал плечами. Об этом и думать не хотелось.
– Ничего.
– Ты не сдашь меня английской полиции?
– Я никогда бы не пошел на такое. – Искренность, прозвучавшая в голосе, не вызвала у Рози никаких сомнений.
Рози вздохнула.
– Хорошо. – Он увидел, как заблестели ее глаза. – Еще одна авантюра.
Поток воспоминаний Асторре прервала нога Монцы, толкнувшая его ногу.
– Осталось полчаса. Вам надо подготовиться к встрече с братьями Стурцо.
Асторре выглянул в окно. По-прежнему шел снег. На его фоне чернели стволы деревьев, их ветви тянулись к нему, словно волшебные палочки. У Асторре заныло сердце. Он знал, что после этой ночи переменится мир, в котором он жил, переменится он сам, и начнется его настоящая жизнь.
К затерянному среди белых полей особняку они подъехали в три часа ночи.
Братья Стурцо в наручниках, ножных кандалах и смирительных рубашках лежали на полу одной из спален особняка под охраной двух вооруженных людей.
Асторре сочувственно посмотрел на них.
– Считайте, что это признание ваших заслуг. Мы понимаем, сколь вы опасны.
Отношение братьев к случившемуся разительно отличалось. Стейс являл собой полное спокойствие, словно примирился с неизбежным, Фрэнки, наоборот, бросал на них яростные взгляды, лицо его перекосило от злобы.
Асторре сел на кровать.
– Полагаю, парни, что вы уже сообразили, что к чему.
– Рози была приманкой, – ответил Стейс. – Со своей задачей она справилась блестяще, не так ли, Фрэнки?
– Потрясающе. – Ему с трудом удалось не сорваться на фальцет.
– А все потому, что вы действительно ей понравились, – пояснил Асторре. – Она была от вас без ума, особенно от Фрэнки. Ей это далось нелегко. Очень нелегко.
– Тогда почему она на это пошла? – презрительно бросил Фрэнки.
– Потому что я дал ей много денег. Действительно много денег. Ты знаешь, что перед большими деньгами трудно устоять, не так ли, Фрэнки?
– Нет, не знаю, – буркнул тот.
– Полагаю, потребовалась немалая сумма, чтобы два таких умных парня, как вы, решились взять заказ на убийство дона. Миллион? Два миллиона?
– Вы ошибаетесь, – ответил Стейс. – Мы не имеем к этому никакого отношения. Мы же не идиоты.
– Я знаю, что стреляли вы, – гнул свое Асторре. – У вас репутация профессионалов, которые берутся только за серьезные дела. И я все проверил. Теперь я хочу знать имя посредника.
– Вы ошибаетесь, – повторил Стейс. – У вас нет никаких оснований вешать на нас это убийство. И кто вы такой, черт бы вас побрал?
– Я – племянник дона. Исполнитель его воли. Я проверял вас шесть месяцев. Когда убили дона, вас в Лос-Анджелесе не было. Вы отсутствовали целую неделю. Ты, Фрэнки, пропустил две игры своих подопечных. А ты, Стейс, не заглядывал в магазин, чтобы узнать, хорошо ли идет торговля.
– Я был в Вегасе, – ответил Фрэнки. – И разговор получился бы более приятным, если в нас развязали. Мы тебе не гребаный Гудини.[28]
Асторре усмехнулся.
– Это точно. А ты, Стейс?
– Я был с подружкой на Тахо. Разве сейчас упомнишь?
Асторре поднялся.
– Пожалуй, мне лучше поговорить с вами по очереди.
Он прошел на кухню, где Монца уже сварил ему кофе. Велел развести братьев по разным спальням и около каждого держать двух охранников.
Всего у Монцы было шесть человек.
– Вы уверены, что это они? – спросил Монца.
– Думаю, да. Если нет, им просто не повезло. Мне не хотелось просить тебя об этом, Альдо, но, возможно, тебе придется помочь разговорить их.
– Дело в том, что говорят они не всегда. В это трудно поверить, но иной раз люди попадаются очень упорные. Вот и эти двое, похоже, из таких.
– У меня нет желания прибегать к таким методам.
Час спустя он вошел в спальню, где держали Фрэнки. За окном снег все шел и шел. Фрэнки лежал на полу в наручниках, кандалах и смирительной рубашке.
– Дело-то простое, – обратился к нему Асторре. – Назови имя посредника, и, возможно, вы выйдете отсюда живыми.
Фрэнки злобно глянул на него.
– Я тебе ничего не скажу, говнюк. Мы тут ни при чем. Я запомню тебя и запомню Рози.
– Вот это ты сказал зря.
