После десяти лет работы в Аврорате Гарри во время расследования очередного дела спускается в хранилище воспоминаний в Отделе Тайн и находит несколько запоминающихся моментов жизни Пожирателей Смерти. Пока он, забыв о сне и еде, изучает события давно минувших лет, новый глава Аврората проводит весьма сомнительные реформы.
========== Часть 1 ==========
Выбить пропуск в Отдел Тайн оказалось сложно даже с его связями. Гарри вертел в руках подписанную Министром бумажку, гадая, спросит кто-нибудь у входа или не станут останавливать. Он уже давно не был Мальчиком-который-выжил, но заработал неплохую репутацию в Аврорате, а это чего-то да стоит.
Пропуск спросили возле лифта, но проверять на подлинность не стали. Пожилая волшебница махнула в сторону коридора за своей спиной и стала рассказывать, где свернуть, но он ответил ей, что даже после тяжелейшего похмелья вспомнит дорогу.
После того, как его взяли в Министерство, он изучил много жутких вещей, которые не преподавали в Хогвартсе. Некоторые были связаны с Отделом Тайн, некоторые можно было узнать, подлив побольше бренди коллеге после тяжелого дня. Он научился изворачиваться там, где нужно было достать нужные сведения, потому что был уверен, что они пригодятся ему. Волдеморт был уничтожен после Битвы за Хогвартс, но это не означало, что его затаившиеся сторонники навсегда оставили планы мести.
Все повторялось — они утверждали, что он вынудил их, использовал Империус, взял в заложники супругов, угрожал убить детей. Визенгамот часами разбирал дела, пока Гарри сдавал бесполезные экзамены. И вот, десять лет спустя, когда все улеглось, история сделала крутой вираж и начала новый виток. На окраинах страны несколько волшебников видели в небе Метку, появились слухи о колдунах, лица которых были закрыты масками.
Он просто решил не ждать, пока ситуация ухудшится, и обратился к Министру с безобидной просьбой — получить доступ к показаниям свидетелей. Не к бесполезным записям, где даже самые отвратительные поступки были описаны с бюрократической скрупулезностью, а к магически сохраненным воспоминаниям, которые хранились в Отделе Тайн наряду с пророчествами и артефактами.
На дверях висели незаметные посторонним таблички. В последний раз он спускался в архив, чтобы своими глазами убедиться в существовании мерзейшей, спрятанной за стекло, фаланги древнего волшебника, которая обладала способностью проклинать и распространяла вокруг себя магический вариант чумы. Ее держали в архиве за десятком защитных чар, которые меняли невыразимцы, и ему хватило минуты, чтобы понять, насколько опасна кость давно умершего человека. Он уже пять раз требовал собрать комиссию, чтобы уничтожить артефакт, но никто не слушал. Таких артефактов в Отделе Тайн были сотни, а быть может — тысячи. Ему не повезло участвовать в изъятии проклятой фаланги, только поэтому он узнал о ней. Сколько опасностей подстерегало в коридорах Отдела, сложно было представить.
Зато он полностью разделял стремление Визенгамота сохранить показания важнейших свидетелей, особенно тех, кто обвинялся по подозрению в массовых убийствах, но был отпущен за неимением прямых доказательств и благодаря содействию следствию. Именно эти воспоминания Гарри надеялся использовать, чтобы понять, откуда надвигается новая угроза миру волшебников.
Наконец, ноги довели его до нужной двери с лаконичной табличкой: «Архив памяти». Он открыл дверь, которая несомненно убила бы его, если бы не разрешение Министра. Чары, наложенные на ручку и деревянный массив, могли свалить с ног десяток волшебников разом. В Отделе Тайн не любили шутить с защитой, особенно после инцидента с группой Пожирателей, которым противостоял сам Гарри во главе Отряда Дамблдора. Тогда мир был намного наивнее.
— Может, ты сам был наивнее? — тихо спросил Гарри, осторожно прикрывая дверь. Эхо разнесло его вопрос под высоким сводом помещения, а потом вернуло назад. Он улыбнулся. Ему нравилось копаться в архиве еще и потому, что, кроме пыли и старых вещей, здесь никого не было. Одиночество означало безопасность, по крайней мере, временную.
Ему пришлось долго бродить вдоль полок, пока он нашел нужную. На ней стояла дата заинтересовавшего его слушания. То самое, после которого Люциуса Малфоя признали невиновным в совершении всех преступлений.
По дороге Гарри встретилось несколько Омутов Памяти. Можно было использовать ближайший. Оставалось достать первый флакон, вылить содержимое в Омут Памяти и посмотреть, что произойдет.
Табличка под местом, где хранился флакон, содержала минимум сведений. Дата, фамилия свидетеля, общее время воспоминания. На соседних были написаны другие даты и имена, Гарри планировал обратиться к ним, если не найдет ничего в памяти Люциуса.
Он взял первый флакон. Серебристая субстанция воспоминаний стекла из флакона в Омут. Проявились первые изображения. Гарри с помощью чар убедился, что вокруг никого нет, и нырнул в Омут.
***
— Я высоко ценю твои таланты, Люциус, но ты позволяешь себе слишком много. К сожалению, мне придется преподать тебе урок. Надеюсь, ты усвоишь его с первого раза.
