- Не боитесь? Ну ладно, опасаетесь! Он же не кусается, Фил! Почти… Да он очень проницательный, но и ты же, когда хочешь, можешь на Оскара сыграть. Разыграешь ему нежность и чувственность, ну что тебе стоит? Ну Фи-и-ил!..
Его нытье оборвала резкая отповедь:
- Максим, ты сам только что все верно сказал. Он очень проницательный, любую плохую игру раскусит сразу же и хорошо, если ограничится резким выговором нашей профпригодности. Ты думаешь, наши не подкатывают к нему периодически, чтобы охмурить прибыльного клиента и привязать к себе? Да на нем за эти годы сколько наших обломалось, что я уже устал вести счет. Причем на него вешаются и девочки, и мальчики, вертятся перед ним и так, и этак, но он просто чует, когда ему врут, и только ты умудряешься хоть иногда где-то как-то его обманывать. И ты еще хотел меня под него подложить и сделать вид, что так и было? Уму непостижимо! Так что прости великодушно, Макс, но ебись, пожалуйста, с ним сам! У тебя уже долгие годы неплохо получается ебать его мозг, так что с телом, я думаю, ты тоже быстро разберешься.
- Да не хочу я с ним сам ебаться! – заныл Максим. - Я уже и так заебался с ним разбираться. И со всеми вами разбираться заебался! У каждого свой бзик! Ни одного нормального человека вокруг меня нет!
Он обижено попыхтел в трубку и пару раз горько вздохнул, постепенно успокаиваясь. На линии все это время царила не менее обиженная тишина.
- Прости, Фил, – попросил Максим, когда пришел в себя. - Устал я что-то от всего этого цирка и психую, наверно, тоже из-за усталости. Ладно! Извини, что заставляю тебя делать то, что должен разрулить самостоятельно.
- И ты меня прости, Макс! Я просто не ожидал от тебя такого предложения, - проворчала простительно трубка и добавила, извиняясь: – Он раскусит любого из нас, как орех, понимаешь? Дальский фальшь за километр чует и никогда не примет всерьез плохую игру. Тебе же потом будет хуже, если он из-за нее разозлится. Пойми, как ни хочу, я не могу помочь тебе в этом деле.
- Да уж, - вздохнул Максим. – Дальский раскусит. Мне ли этого не знать. Ладно, Фил! Извини еще раз, что побеспокоил!
Закончив разговор, он положил мобильник на стол и медленно провернул его пару раз, словно волчок. Посидел немного в тишине, собираясь с мыслями, потом сердито поиграл желваками и твердой рукой набрал новый номер.
Растянул губы в развязной улыбочке.
- Привет, Гор! Почему не звонишь? Ты ведь так и не рассказал мне про твои впечатления от первого сеанса.
Дальский что-то проворчал устало, но отвечал, судя по голосу, тоже со злорадной усмешкой:
- Было необычно.
- Только необычно? – поинтересовался Максим, удерживая на лице натянутую улыбку.
- Не то чтобы я сильно заводился от этих сцен из любовных романов, где фигурируют перья и розы, как какая-нибудь юная барышня… Отдрочил он мне неплохо, но я, если честно, рассчитывал на нечто большее, ведь мне уже не шестнадцать, и я прекрасно знаю, что секс на дрочке не заканчивается.
Максим подавил порыв выругаться вслух.
- Не спеши! – буркнул он. – У тебя еще целых пять сеансов впереди. И это больше терапия, чем секс. Те-ра-пи-я! Секс ты и так можешь получить на каждом углу, стоит тебе кошелек открыть, но ведь мы хотим, чтобы ты познал полное физическое и моральное удовлетворение, а не просто перепихнулся.
- Сомнительно, что я хочу именно этого. Скорее, это ты мне навязываешь свои идеи и желания. Ну да ладно! Ты настаиваешь, чтобы я пришел на следующий сеанс? Когда он там по договору? Завтра?
- Прийти или не прийти - это тебе решать, Гор. Ты уже взрослый мальчик и сам решаешь, нужно ли тебе еще чему-то учиться в жизни, чтобы улучшить ее качество, или ты предпочтешь так и остаться до конца своих дней бесчувственным бревном.
- Я сейчас слишком устал, чтобы ругаться с тобой, Макс, но имей в виду, что за «бревно» ты мне еще ответишь… Хорошо, я подумаю, приходить или нет.
- Тогда думай до конца рабочего дня. Если надумаешь, звони Станиславу и приезжай в десять. Если нет… Наш Мастер удовольствий ляжет пораньше спать и выспится в свое собственное удовольствие.
Максим закончил разговор, не прощаясь, и сразу набрал Станислава.
- Готовься на завтра. На вечер. Будешь помогать мне советами, если я начну откровенно лажать где-нибудь. Похоже, пора брать быка за рога и переходить к более интересным и взрослым вещам.
Егор думал не ехать в Клуб. Дел оказалось невпроворот, и ему некогда было заниматься всякой ерундой.
Он усмехался с самого утра, представляя, как его снова начнут обхаживать всякими бабьими штучками, с ног до головы покроют липкой нежностью, и ему, растаяв от всего этого сиропа до полного разжижения мозгов, под конец останется только томно вздыхать: «Люблю тебя, ми-илый!» и сразу же предлагать Мастеру руку и сердце, а попутно еще и свои счета в банке.
