То, что Дэвид врал ей во многом, если не во всем, подтвердилось чуть позже. Оказалось, вилла принадлежала никакому не Давиду Петкову, а некоему Раулю Мартиннесу. То есть она была приобретена на подставное лицо. И никакой футболист в ней до этого не жил, забор возвели по приказу Дэвида. В его кабинете полицейские обнаружили сейф. В нем лежал паспорт на имя Криса Чапека с фотографией Дэвида (Кирилла Исаева?), только в очках в тяжелой оправе и со светлыми волосами. Очки и парик лежали рядом. А еще внушительная пачка денег. Кроме этого, билет с открытой датой до Рио-де-Жанейро тоже на Чапека.
У Дианы голова шла кругом во время переваривания этой информации. Все улики подтверждали ее подозрения и слова покойного Саввы…
Дэвид – преступник!
Вот только Диана никак не могла с этим смириться. Ей не хотелось верить очевидному…
Первые дни она ждала звонка Дэвида. Едва по дому разносилась телефонная трель, ее сердце начинало бешено колотиться. Диана бросалась к трубке и кричала в нее: «Алло!» Но звонил всегда не Дэвид. То мама, то полицейский, то служащий химчистки, куда она сдала портьеры, да все забывала их забрать.
А еще она каждый день проверяла почтовый ящик в надежде обнаружить там весточку от Дэвида. Но находила только счета да рекламу.
«Значит, он врал мне и в этом тоже, – с тоской думала она. – Чувства его были такими же фальшивыми, как его паспорт…»
Что она хотела услышать, прочитать? Хотя бы «прости». А лучше: «Все не так ужасно, как тебе кажется. Я не виновен. Вынужден уехать. Все объясню. Люблю, жду встречи с тобой!» Диана не могла назвать себя романтичной глупышкой. Поэтому фантастические сюжеты, всплывающие в мозгу, типа Дэвид секретный агент, вынужденный скрывать свое «я» и убивать всяких нехороших дяденек, сразу отметала. Это не кино про Джеймса Бонда и Итана Ханта, это жизнь. И в ней – сплошная проза. Если человек имеет несколько паспортов, то он беглый преступник… А если в его доме находится покойник, скорее всего, именно он его на тот свет и отправил…
Все просто!
Когда она перестала ждать, раздался звонок. Диана взяла трубку и вяло сказала: «Алло». На том конце провода молчали.
– Алло, вас не слышно…
Но вместо слов – частые гудки.
Сердце заколотилось.
Это он!
Захотел услышать ее голос. А может, сказать что-то собирался, да не решился. Или связь прервалась.
Диана как зачарованная смотрела на телефон в течение последующих десяти минут. Ждала, когда раздастся повторный звонок… Но аппарат молчал.
В который раз за эти дни Диана подумала: «А что бы я сделала, если бы он не исчез, а пришел ко мне и сказал: я вне закона, скрываюсь, я убивал, но я люблю тебя и хочу, чтобы ты поехала со мной?» Обычно она отвечала себе на этот вопрос как-то так: «Я не смогла бы быть с человеком, который способен на убийство!» Но иногда давала слабину и хныкала про себя: «Я хочу быть с ним, несмотря ни на что!» Раньше она не понимала, как можно любить грабителей, насильников, убийц, террористов. Укрывать их, выгораживать, годами ждать из тюрьмы.
У ее мамы была подруга детства, которая ушла от исключительно положительного мужа к рецидивисту. От нее после этого отвернулись многие: родители, двадцатилетний сын, друзья семьи. А она все равно оставалась со своим «принцем». И когда его в очередной раз посадили за вооруженное нападение, поехала в тюрьму, чтобы выйти за него замуж. Дианина мама, одна из немногих продолжавшая общение с подругой, узнав об этом, не сдержалась, обозвала ее дурой. Та только вздохнула и сказала: «Может, я и дура, но только сейчас я счастлива!» А потом добавила: «Никто не знает его настоящего, кроме меня!»
Эта женщина до сих пор ждет своего мужа из тюрьмы. Уже семь лет. И нисколько не жалея о том, что когда-то сделала выбор в его пользу. Диана все те годы, что знала ее, поражалась, как же так – любить изгоя. Но теперь…
Теперь она пусть немного, но понимала ее.
Размышляя об этом, Диана дошла до дома, надела купальник и отправилась на море, как и планировала. Выбрала дальний пляж, где ни разу не была. Там ничто не будет напоминать о Дэвиде, и она хоть немного расслабится.
Последние дни, как ни странно, в ее памяти всплывал не только он, но и ее первый. Ведь он единственный, в кого она была серьезно влюблена до Дэвида…
Его звали Стас. И это был мужчина невероятной красоты и таланта.
Он пел в ресторане. И пел так, что многие плакали, слушая его баллады об одиночестве и несчастной любви. Но Стас не только потрясающе их исполнял, он сам их сочинял.
Ему было хорошо за тридцать (сколько лет конкретно, Диана так и не узнала, он скрывал свой возраст), и он давно утратил иллюзии. Когда-то мечтал о славе. Если не мировой, то всероссийской. Но годы безрезультатной борьбы за место на поп-олимпе сделали свое дело – Стас смирился с тем, что без связей и денег, даже с его талантом и внешностью не пробиться, и приучил себя довольствоваться малым. А именно: работой в ресторанах.
