Дима отошел в сторону, взял тайм-аут, позволил Саше самой диктовать темп, но он ни на минуту, ни на секунду не прекращал надеяться, что она до сих пор испытывает к нему что-то поприличнее, чем брезгливость и равнодушие. Не зря же ее накрыло после их поцелуя на кухне.
Токарев ждал подходящего момента, чтобы снова попытаться понравиться Саше, и он его дождался. Как и положено чуду, это случилось под новый год.
Костик заранее предупредил Сашку, что останется у Димы на ночь. Он однажды уже так делал, и Токарев пытался воспользоваться случаем, однако Нестерова не повелась. Она приехала на своей машине, не выпила в тот вечер ни капли и категорически отмела предложение Димы лично отвезти ее домой. Остаться на ночь он ей даже предлагать не стал. Однако в этот раз Саша прибыла не на своих колесах, а снова с Костей. Оказалось, девушка заранее договорилась уехать со Славой, который в этот вечер был за рулем и собирался домой.
Шла последняя неделя декабря. В воздухе витало новогоднее настроение. Но Дима еще не озаботился елкой и прочими праздничными атрибутами. Откровенно говоря, он доставал из кладовки зеленое пластмассовое чучело, слабо напоминающее дерево, тридцатого числа, отдавая дань традиции, а сам Новый год встречал с матерью, сестрой и племянницей. Вот там все было как надо. А дома… Дома ему не для кого было создавать атмосферу. Поэтому Токарева не мало обескуражило, когда команда покеристов заявилась к нему при полном праздничном параде. Мужики не сговариваясь привезли шампанского, мандаринов, бенгальских огней, хлопушек, петард и даже шоколадных зайцев, которых выставили на Диминых полках в гостиной, словно сувениры. Хозяин дома не возражал, понимая, что все его приятели – женатые люди, с детьми. Они давным-давно зарядились настроением, которым теперь решили поделиться с ним. Его это скорее радовало, чем напрягало.
Не игнорировала общее веселье и Саша. Она приехала в смешном колпаке Санты, который надевала каждый раз, выходя покурить, и постоянно напевала «Jingle bells». В этот вечер перекинуться в карты соблазнились немногие, но Дима был в их числе. Он просто не мог смотреть, как Саша, Костя и Слава мило засели на диване, болтая и смеясь. Правда Слава вскоре присоединился к игре, оставив Нестерову и Бирюкова вдвоем накачиваться спиртным. Чуть позже они перебрались в «кинотеатр», малую гостиную с камином, где Дима обычно читал или смотрел кино. Он периодически слышал, как открывалась дверь на террасу и Сашка звонко напевала: «Jingle bells, jingle bells, Jingle all the way!»
Несмотря на то, что Токарев все время навострял уши и постоянно отвлекался, ему невероятно везло. Он трижды удвоился всего за несколько кругов и был за столом явным лидером. Когда Дима снова взял большой банк, оставляя Славу без фишек, то даже слегка занервничал. Он впервые за долгое время ощутил мандраж азарта. Дело было не в деньгах или престиже. Просто Токарев почувствовал то, что Костик называл «Режим Бога» или «Gode Mode». Дима помнил, что при таком раскладе нужно обязательно успокоиться и взять паузу. Он встал из-за стола и отправился к кинотеатру, откуда слышались тихие голоса.
– Сашк, ты понимаешь, никакого секса. НИ-КА-КО-ГО. Еще полтора месяца. Не думал, что когда-нибудь это скажу, но мне осточертел минет…
Сашка залилась смехом, а Дима закатил глаза.
– Господи, Бирюков, сколько можно ныть? Не надоело? – спросил Токарев, нарисовавшись в дверях.
– Ой, вашу ж Машу, это кто тут такой брутальный? Ах, да, чемпион по онанизму Митя Токарев, – не остался в долгу Кос. – И слушать надо лучше, Митяй. Полтора месяца! Маринке рожать через полтора месяца. Вот тогда я наконец трахну собственную жену и перестану ныть.
Саша, которая сползла от смеха с дивана на пол и практически каталась по ковру, решила вставить два слова.
– Костенька, неприятно тебя добивать, но после родов еще минимум месяц нельзя.
– Да иди ты на фиг! – заорал Кос.
Дима захохотал, а Сашка гладила Костю по спине, который тоже соскользнул с дивана и уселся на корточки, запустив руки в волосы.
– Я умру, убейте меня, это ужасно, – лепетал он.
– Предлагаю для начала убить в тебе лошадь, – Дима корректно подвел разговор к перекуру.
– Да, пошли, отравимся дымком, дрочилка, – согласилась Сашка, вставая с пола и слегка попинывая унылого Костика по ноге.
– Друзья, мать вашу. Спасибо за поддержку. Конечно, пойдемте все покурим мои сигареты, – бурчал Бирюков по дороге на террасу.
– У меня сегодня свои, – похвасталась Сашка, натягивая колпачок, который оставила на дверной ручке, и запела: – Jingle bells, jingle bells, Jingle all the way.
– Нестерова, – заныл Костя, – не поооой. Я всю дорогу это слушал.
– Зануда ты Бирюков, – Сашка показала ему язык. – Jingle bells, jingle bells, Jingle all the way…
– Oh, what fun it is to ride in a one horse open sleigh, – подхватил Дима текст песни, добивая друга.
– Предатель, – буркнул Кос, протягивая Токареву сигарету.
Сашка рассмеялась и подняла в воздух открытую ладонь. Дима звонко хлопнул по ней своей, наслаждаясь пьяненьким весельем девушки.
