– Тогда завтра поедешь со мной на покер? – уточнил Дима, сразу прикидывая все удобство его ночевки здесь.
– Поеду, – с энтузиазмом кивнула Сашка. – Только тогда мне придется у тебя остаться.
– Нууу, я могу и назад привезти ночью… – начал было расстраиваться он.
– Ой, не трынди, Токарев, останусь у тебя без проблем. А то ведь если увезешь меня ночью, я тебя вряд ли домой отпущу.
Дима заулыбался, ни капли не жалея, что его коварные планы были раскрыты.
– Мне понравилось, когда ты осталась в тот раз.
– Думаю, в этот тебе понравится еще больше, – захихикала Нестерова.
– Обещаешь? – Дима подвигал бровями.
– Посмотрим, – улыбнулась Сашка, медленно приближая свои губы к его рту.
Рубашка на ней все еще была расстегнута, и больше девушка не прикрывалась. Дима снова начал терять тормоза, чувствуя, как она льнет к нему во время поцелуя, как трутся о его тонкую хлопковую майку напряженные пики сосков.
– Саша, – позвал ее Дима в перерыве между поцелуями, пока они оба жадно хватали ртом воздух. – У тебя были нормальные отношения после развода? Серьезные?
Токарев пожалел, что задал этот вопрос, потому что, стоило словам вылететь изо рта, Саша вся напряглась, как струна.
– Ни до, ни после, – ответила девушка после минуты красноречивого молчания.
Саша не без разочарования призналась, что у нее просто-напросто не было нормальных отношений с мужчиной. Чтобы познакомиться, принимать знаки внимания, ужинать, ходить в кино, целоваться, позволить немного больше, переспать, разругаться, помириться, отметить вместе первый новый год, дарить подарки по праздникам, познакомиться с родителями, съехаться, пожениться, родить ребенка, а потом жить долго и счастливо. Не было у нее такого, даже в урезанной версии, даже фрагментами.
С Женей они были вместе два месяца в совокупности, между которыми провели год, общаясь по телефону и интернету. Это уж никак нельзя назвать нормальными отношениями. Денис – парень для секса, за которого она вышла, потому что он вовремя предложил, потому что боялась остаться одна. Да, у них было два года брака. Но после первой же измены Саша не чувствовала себя его женой, а Дениса – мужем. Это было какое-то нездоровое сожительство с эпизодическим сексом. Остальных Нестерова даже не считала. Все эти повара, бармены, студенты и прочие мальчики, с которыми она крутила, пока Денис был в армии, никоим разом даже близко не напоминали что-то серьезное. Ну а после развода Сашка и подавно избегала любых намеков на нормальность и серьезность. Целиком и полностью осознав свою ущербность, Нестерова сникла.
– Значит, мы с тобой в этом плане оба девственники, – напротив обрадовался Дима.
– А Ксюша? Ты ведь жил с ней? – напомнила Саша, вздернув брови от удивления.
– Смеешься? Ну да, жил. Но я с ней почти не виделся. Это уж точно ни разу не нормально и не серьезно.
– Да уж.
Девушка фыркнула, подумав: «Наверное, с той шлюхой у него были и то более серьезные отношения». Саша вспомнила, как они встретились тогда в Диминой квартире, как ей было неловко и страшновато. В тот момент девушка не решилась спросить, полагая, что лучше не знать, но сейчас она была готова к правде.
– Дим, помнишь, ты меня привез в свою квартиру?
– Ммм, – неопределенно промычал Токарев, прищурившись на Сашу. – Не очень. А что?
– Там была девушка. Она ушла потом.
– Да, – кивнул он.
– Это была твоя личная шлюха, да?
Токарев на секунду прикрыл глаза, а потом скривил губы в натянутой усмешке.
– Ну как сказать личная… Если ты имеешь в виду деньги, то да, платил ей только я.
– А трахали все кому не лень?
– Ага.
– И ты предлагал нам втроем… ее имел в виду?
Диму снова осенило вспышкой воспоминаний.
Дима покивал, а потом притянул к себе Сашку, крепко обнимая.
– Я рад, что ты тогда отказалась.
– А я вот частенько жалею, что не решилась, – неожиданно призналась Нестерова.
– Что? – Токарев аж подпрыгнул от удивления.
Девушка тихонько засмеялась, целуя его в губы короткими звонкими поцелуями. Дима не успел оправиться от ее заявления, как тут же снова обалдел, потому что Сашка дернула за край его майки, потянула вверх и стащила, заставляя Токарева поднять руки.
– Вот так лучше, – заявила она, прижимаясь к Диминому торсу грудью.