Пройдя по лестнице наверх и следуя за Денисом, я только сейчас поняла, что почти не видела второй этаж дальше своей комнаты, которая была третьей по счету. Мы шли по небольшому коридору, который больше напоминал коридоры в гостиницах. Где кроме дверей и ламп ничего не было. Пройдя еще комнат пять, мы остановились у двери слева. Денис попросил мне ее открыть и прошел внутрь комнаты, внося туда Наташу. Он положил ее на кровать и вышел. Я сняла с нее туфли и накрыла половиной одеяла, на которой она не лежала. Посмотрев еще немного на Наташу и решив, что в ближайшие два часа она не проснётся, я выходя мельком глянула на интерьер комнаты. Старый шкаф, маленький диван и кресло. Все, как и у меня. Единственное что привлекло мое внимание — это телевизор, стоявший в самом дальнем углу комнаты и завешенный «бабушкиной» вышивкой. Интересно у них тоже тут было телевиденье?
Выйдя из спальни девочки, я направилась в противоположную от своей спальни сторону, решив посмотреть, чем заканчивается коридор. Через три комнаты он уходил на лево и там еще две комнаты спустя, заканчивался большими белыми дверями, на которых была надпись «не входить». Она была написана красной краской и в некоторых местах уже облупилась.
Второй этаж предназначался для спальных комнат, и было странно увидеть здесь комнату, в которую было запрещено входить. Через пару минут размышлений любопытство все же взяло вверх. Я подошла к двери и повернула ручку. Дверь, скрипя, открылась, давая мне возможность заглянуть внутрь.
Я ожидала увидеть там, все что угодно, от залежей золота, до горы трупов, но вместо этого там была просто темная комната, с зашторенными окнами и с завешенной мебелью. Я тихонько прошла внутрь и закрыла за собой скрипучую дверь, дабы скрыть свое здесь присутствие. Каждый мой шаг по пушистому ковру поднимал в воздух клубы пыли. Пройдя к шторам, я отдернула одну из них, впуская внутрь лучи солнца. Комната оказалась намного больше, чем моя или Наташина. По размерам она больше напоминала столовую на первом этаже. Я стала снимать ткань с мебели и увидела, что убранство этой комнаты так же сильно отличалось от всего остального дома. Белая большая кровать с прозрачным белым балдахином, белый кожаный диван и красивые напольные светильники в виде египетских кошек, делали интерьер сказочным. На прикроватной тумбе стояли три фотографии в рамках. Я присела на кровать и стала рассматривать каждую из них. На первой было человек пятьдесят не меньше. Все были с довольными лицами, и кто как мог, так и расположился в кадре. Среди всех, я узнала только Артема, Женю и главу клана Стрельниковых, чье имя мне Артем так и не назвал. По всей видимости, это был его прошлый клан. На второй фотографии стоял один Артем со скрещенными на груди руками. Он будто только увидел объектив фотокамеры и в таком виде его и запечатлели. Смотря на эту фотографию, я вспомнила слова Николая «а ты молодец, сумела обескуражить нашего господина». Улыбнувшись, я поставила фото обратно и взяла третью фотографию, и чуть тут же ее не выронила. На ней были счастливые лица той девушки с фотографии в моей комнате и Артема. Они обнимали друг друга и улыбались на камеру. Она была в белом платье он в черном костюме. У меня внутри все упало. Он был женат. И та девушка, фотографию которой он так небрежно выкинул в мусорное ведро пару дней назад, была его женой. Я сидела и смотрела на их счастливые лица и все прокручивала в голове, тот день. Я не могла вспомнить хоть малейший намек на эмоции, которые бы вызвала в нем то фото. Что он тогда сказал «Здесь когда-то жили люди, которых больше нет с нами, и на этом фото изображены они». И все? Что же ты могла такого натворить, что он так о тебе отзывался?
— Что было не понятного в надписи на двери? — Испугавшись, я подскочила с кровати и посмотрела на дверь. В дверном проеме стоял очень злой Артем. Он держал руки скрашенными на груди и сердито смотрел в мою сторону.
— Артем, прости я…
— Я спрашиваю, что могло произойти в твоем помутившимся сознании, что вместо слов «не входить» ты увидела «добро пожаловать»?
Я опустила взгляд и села обратно на кровать.
— Ничего.
— Так почему ты до сих пор еще здесь?
— Потому что я хочу знать кто эта женщина. — Придел терпения у Артема явно подходил к концу. Он прошел по комнате и остановился в паре шагов от меня. Одним резким движением он поднял меня за руку вверх.
— Это тебя не касается. — Тут придел моего негодования перевалил свой порог, и я не выдержала.
— Как твоя личная жизнь может меня не касаться, если ты предлагаешь с тобой встречаться? Объясни мне? Я не имею права знать, что с тобой случилось и почему эта девушка, которая меня не касается, вызывает в тебе столько гнева?
Мы смотрели друг на друга испепеляющим взглядом, и ни один из нас не хотел отступать. Наконец он произнес.
— Эта информация, поможет тебе принять решения по поводу наших отношений? — Я слегка успокоилась, и все так же смотря ему в глаза, кивнула.
