— Да... Моя дочь не смотря на своего мужа до сих пор живёт с ним... Наверно в этом есть и моя вина, и вина моего отца. Понимаете... — смотрит он на нас и я вижу в его глазах сожаление и вину — Не следует ребёнку видеть трупы и разборки. Но когда моя любимая умерла, то я слишком погряз в своём горе. Забыл что у меня есть дочь — горько усмехается — А когда понял и осознал, было поздно. Она выросла и пришёл он. Молодой парень, слишком дерзкий и наглый — лицо Михаила перекосилось от злости
— Почему ты мне не рассказывал об этом никогда? — прервал его Камиль
— А зачем? Нет семьи нет проблем. Я многие годы думал как ему отомстить, как забрать своё. Моя дочь не виновата что полюбила убийцу — и вот почему нельзя слиться с диваном, я бы сейчас очень хотела этого
— Это он убил твоего отца? — вопрос Камиля звучит ровно, но есть в нём что-то открывающие, будто ключик подошел к нужной двери
— Он. И знаешь как — хриплый смех и безумные глаза — Этот сукин сын втерся в доверие к отцу. Нашептывал ему на ушко, что я никогда не смогу стать таким же как он. Что следует меня отодвинуть и у него получилось. Пётр убил моего отца и забрал мою дочь — достает вторую сигарету и прикуривает
— Я не понимаю — хмурится Камиль
— И чего же, сынок? — кажется его это веселит
— Как он мог подпустить тебя к себе, он не похож на дурака — хватка на моей талии усиливается
— Он идиот. Но ты прав — смотрит на меня — Если бы твоя дама меня не вспомнила было бы легче, но я знал что риск есть — выпускает дым — Поэтому расскажу остальную часть истории. Слушайте внимательно — подмигнул и продолжил
Михаил поведал нам, что Пётр Захарович не знает кто он такой. Этот идиот по словам знакомого, думает что он умер. Ведь сам вонзил нож тому в живот и оставил истекать кровью. Опьяненный властью тот решил избавиться от претендента на права по бизнесу. Но не смог просчитать все до конца, слишком был молод и уверен в себе. Отца он убил, но сына не смог.
Пробраться в дом своего врага было не просто, но у него получилось. Встретившись с дочерью спустя пару лет, они смогли придумать хорошую сказку на его счету чтобы Пётр поверил и не стал проверять, но естественно проверил и ничего не найдя принял Михаила в дом.
— Стоп — прервала я рассказ — То есть вы хотите сказать, что Пётр Захарович поверил, что ваша жена нагуляла вашу дочь и вы... Черт, как все запутано. И вы её настоящий отец, а она нашла письмо спустя столько лет? — скептически приподняла бровь и взяла свою кружку с кофе
— Ага. Идиот, что с него взять. Но я думаю что его привлекли все же мои деньги — самодовольно улыбался Михаил — Знаете сколько я уже денег дал этому... — покачал он головой
— Думаю достаточно. Ты уверен, что он тебя не разоблачил? — погладил меня по спине Камиль
— Уверен. Для него я старик, которому скоро пора на покой и все своё наследство я оставлю дочере — улыбался он
— Как все сложно и запутанно — встала я с дивана и стала ходить по комнате
— Почему же? Все легко и просто, нам нужно удавить эту шавку пока он не принёс большие проблемы — его вид стал серьёзным и собраным
— О чем ты говоришь? — любимый тоже заметил перемену и напрягся
— Камиль, я не хотел говорить это раньше, но думаю вы должны знать. Пётр не оставит Снежану в покое, даже если она выполнит его условия он захочет её себе — он посмотрел на меня — Уже хочет...
Глава 24
Маша что-то яро пытается доказать клиенту по телефону. Но судя по её сжатым кулакам и недовольному виду выходит плохо. Папка летит вниз и приводит меня в реальность.
Киваю подруге и встаю со своего места, возвращаю папку на место, но продвигаю её на другой конец стола. Ну, вдруг она снова решит помахать руками. Невольно улыбаюсь, хоть что-то смогло меня рассмешить.
После того разговора с Михаилом и его слов мне жутко. Хочется сбежать, спрятаться. А ещё я очень хочу знать о чем они говорили с Камилем...
Ибо уже три дня он меня избегает, делает всё что бы я меньше появлялась в его поле зрения. А на все мои попытки хотя бы поговорить находит причины этого не делать или убегает на встречи, которых у него естественно нет. Как одна из его секретарей я проинформирована.
Машка громко кладёт трубку и звучно ругается, ударяя кулаком об стол. Не знаю что клиент ей сказал, но ему явно крышка.
— Урод — произносит она одну фразу и хватает папку записывая в ней что-то
— Может кофе? — стараюсь сгладить напряжённую ситуацию
Подруга кивает, и я удаляюсь. Шум и гам стоит в коридоре, сотрудники обсуждают свою работу и новый контракт. Именно на него не смог попасть тогда Камиль. Но партнёры упорно ждали его внимания и дали согласие почти на всё. Странные конечно.
Вздрагиваю снова вспоминая тот день. И Пётр Захарович не звонил больше, хотя срок истёк. Чувствую это затишье перед бурей. На сердце не спокойно, сейчас бы обнять любимого, но он словно стена не даётся.
Кофемашина оповещает меня что наш кофе готов и мне пора немного отпустить ситуацию и успокоить Машку. Да и заодно узнать, чем её смог вывести так клиент.
